Его дыхание сбилось. Пальцы разжались, оставляя на полу очередные темные капли. Он сделал ошибку. Страшную, непростительную ошибку. Он оставил ее.
Элиарион медленно провел ладонью по лицу, но не смог сдержать дрожи. Не просто злость, ярость. Отчаяние. Разъедающая, гложущая боль, которой он не мог дать выхода.
Он закрыл глаза, и в первый раз за бесчисленные века в его груди что-то болезненно сжалось. Горло сдавило. Глаза защипало. Слезы выступили на ресницах, и он даже не сразу понял это.
— … Черт.
Голос сорвался на крик, а следом сорвалось и самообладание. Веки дрогнули, и слезы — редкие, незаметные, несвойственные ему — скатились вниз, исчезая в черноте теней.
Элиарион, воплощение холодного безразличия и расчетливой мощи, впервые плакал. И он даже не знал, что страшнее — этот момент или осознание, что ничего, абсолютно ничего уже не исправить.
Тэрамар: Город мастеров
Астарон шагал по мощёной дороге, расправляя крылья от легкого дискомфорта. Разговор с Элиарионом оставил странное послевкусие, но он не стал спорить — демон нуждался в этом уединении. Он не был тем, кто легко переживал чужие эмоции, но даже его огненная натура понимала, что демон был на грани. Астарон мог только надеяться, что тот справится с бурей внутри себя. Дракон ничем не мог в этом помочь, однако его собственная задача была проста и понятна — восстановить дом, привести всё в порядок и, что важнее, найти лучших мастеров для этой работы.
Теперь же дракона ждал Тэрамар — известный как город мастеров, где каждый камень хранил следы умелых рук.
Дракон шел неспешно, ловя носом свежие потоки ветра. Воздух был пропитан запахами жареного мяса, древесной смолы и ещё чем-то сладким — возможно, карамельными орехами, которые так любили местные дети. Путь к центру Тэрамара пролегал мимо небольшой речушки, журчащей среди гладких камней. Вода искрилась на солнце, а на её берегах носились дети — босоногие, разгорячённые, смеющиеся. Кто-то плескался в воде, кто-то гонял друг друга, устраивая импровизированные сражения ветками. Двое мальчишек азартно бросали в воду крошечные лодочки из коры, устраивая гонку. Астарон невольно ухмыльнулся: в этих играх было что-то живое, яркое, настоящее. Зрелище вызывало в его душе тёплый отклик, заставляя сердце трепетать. У него не было детей, да и истинная пара так и не встретилась. Именно поэтому он добровольно запер себя в Застывшем мире, но, несмотря на это, его сердце всегда тянулось к семейному уюту. Быть может, судьба всё же смилостивится и подарит ему кого-то близкого душе, с кем он сможет счастливо прожить отмеренные ему годы.
Чуть дальше, на перекрёстке между улицами, кипела совсем другая сцена. Пожилая пара — мужчина с густой седой бородой и женщина в выцветшем бордовом платье — стояли над разбитым кувшином вина, яростно перебрасываясь обвинениями.
— Я же говорила тебе держать покрепче, старый хрыч! — возмущённо воскликнула женщина, размахивая перед носом мужа кулаком.
— Да это ты меня толкнула! — не сдавался тот, грозно нахмурив кустистые брови.
— Ах, так?! Сейчас я тебе выбью дурь, как руду из породы!!
На их ругань весело оборачивались прохожие, но никто не вмешивался. В Тэрамаре подобное было обычным делом — страсти кипели не только в кузницах и гончарных мастерских, но и в сердцах его жителей.
Астарон прошёл дальше, отмечая взглядом вывески небольших магазинов. "Чары и Камни" — лавка зачарованных минералов и амулетов. "Котиложка" — небольшая харчевня, от которой тянуло густым ароматом похлёбки и свежего хлеба. "Железный Коготь" — оружейная, судя по виду, славящаяся своим товаром. Но его целью было другое место — "Зал Мастеров", куда стекались все, кто искал работу. И те, кто эту работу давал.
Внутри было шумно. Громкие голоса спорили о цене, подмастерья метались между столами, а в центре всего этого хаоса восседал на широком, низком стуле сам хозяин — дворф по имени Хальгрим Крестозлат.
Невысокий, коренастый, с густой золотистой бородой, заплетённой в три толстые косы, он выглядел так, словно его единственной страстью в жизни было золото. На пальцах дворфа сверкали перстни, а на широкой груди поблёскивал массивный медальон.
— Если пришёл с пустыми руками, дракон, то можешь сразу развернуться! — проворчал Хальгрим, даже не поднимая глаз.
Астарон усмехнулся, склонился ближе и тихо произнёс:
— У меня есть золото. Вопрос в том, достаточно ли у тебя хороших мастеров?
Дворф вскинул голову, его глазки прищурились.