— Расскажи мне о ней. — Голос дракона стал серьёзным, он сел на ещё тёплый диван, который покинул не так давно. Золотые глаза пристально смотрели на дворфа, впитывая каждое слово.
Хальгрим хмыкнул.
— Да что рассказывать? Был у меня заказчик. Заказ не большой, за пределами этих земель просили штучку одну сделать. Но что-то пошло не так, и золотом он мне заплатить не смог.
Дворф усмехнулся и сделал ещё глоток.
— Зато подогнал её… Мол, хваткая, умная, не пожалею. Ну, я и взял вместо оплаты. Эльфийка же, красивая при чём. Сам видел.
Он покачал бутыль в руках, глядя, как жидкость лениво плещется внутри.
— Загрузил работой, прислуживала мне несколько лет. Упрямая до чертиков, чуть что — ругается и в драку лезет. Сколько я уже с ней настрадался, один хрен, свою линию гнёт.
Дворф покачал головой, но в голосе сквозило что-то похожее на уважение.
— Но хоть понимает, чья рука её кормит. Со мной старалась не ругаться — и на том спасибо.
— В один из дней, — продолжил он, — появился в "Котиложке" один неприятный тип. Жирный, как свинья, морда мерзкая, а одет богато, но безвкусно. Сказал, что меня искал.
Дворф усмехнулся, сделав глоток мёда.
— Улыбался весь довольный, а улыбка та была — как коровий навоз. Зато зуб вставной золотом поблёскивал. Я тогда ещё посмеялся, подумал, что шутит. Но нет, артефакт ему был нужен какой-то и пара рабочих рук на стройку — чтобы никто не хватился, если пропадут. Сам знаешь, у всего цена есть… Не осуждай.
Астарон лишь кивнул, но взгляд его оставался пристальным, требовательным, ожидающим продолжения.
— Ну так вот, сидели мы, обсуждали сделку. Чего бы мне было с харчевни бежать, если перед носом похлёбка стояла? Пахучая… — Дворф мечтательно закатил глаза. — Знаешь же, как Гизельда готовит? Вооот…
Он наклонился вперёд, поставив бутыль на стол.
— Сидим, значит, переговариваемся, и тут подходит Калисса. Я как-то и запамятовал, что посылал её с поручением в "Железный коготь" к Роккану. Короче, стал этот жирный мешок её разглядывать. Спросил, моя ли, и сколько хочу.
Хальгрим устало выдохнул, провёл ладонью по лицу.
— Понятное дело, притёрлась уже, да и продавать я её вроде как не собирался. Но он такую цену назвал… За те деньги я штук десять эльфиек куплю.
Он хмыкнул, покачав головой.
— Соглашение мы не подписывали. Что, как ты понимаешь, очень хорошо для тебя сейчас, чешуйчатый.
Астарон угрюмо кивнул.
— Когда он приедет?
— Вот на днях, чтоб забрать "товар".
Дракон поставил пустую бутыль на стол, его голос был ровным, но в глубине звучала угроза:
— Называешь мне цену — я её ему уплачу. А нет — откручу голову и забудем о нём. Но девушку я забираю.
Он задумался на мгновение, затем добавил:
— Назови мне её полное имя. И отдай абсолютно все бумаги на неё. Раз она в рабынях была, их нужно уничтожить.
Золотистые глаза вспыхнули хищным светом.
— Своим рты позакрывай. Узнаю, что сплетни пускают — лично дом каждого сожгу.
Хальгрим с тихим ворчанием начал рыться в завале бумаг, вытаскивая один потрёпанный свиток за другим.
— Где же ты, зараза такая… — пробормотал он, отбрасывая ненужные документы в сторону.
Наконец, он нашёл то, что искал, и с лёгким раздражением протянул бумаги дракону.
— Калисса Дрейнарис, — объявил он, нахмурившись. — Вот всё, что у меня есть на неё.
Астарон молча взял свитки, пробежался по ним взглядом, а затем, не говоря ни слова, сунул руку в карман и начал отсчитывать сумму. Дворфу показалось, что он делает это нарочно медленно, заставляя его напрягаться.
Когда нужная сумма легла на стол, дракон добавил сверху ещё столько же, а затем швырнул пару золотых монет вдогонку.
— В знак дружбы.
Хальгрим фыркнул, но быстро сгреб деньги, не собираясь спорить с такой щедростью.
— Ну, дружба так дружба, — проворчал он, скрывая довольную ухмылку.
Астарон свернул бумаги, и одним движением ладони они вспыхнули ярким пламенем, превращаясь в пепел, который рассыпался сквозь его пальцы. Затем, не торопясь, они вышли из кабинета. Дракон шагал уверенно, словно только что забрал не женщину, а свою законную добычу. Дворф шёл рядом, по привычке почесывая бороду, размышляя о том, что теперь его точно ждёт веселая парочка дней.
Глава 5. Зов жизни
Цена свободы: Жизнь на чужих весах
(Калисса Дрейнарис)
Я — Калисса Дрейнарис. Когда-то давно это имя значило нечто большее, чем сейчас. Оно звучало гордо, окутанное наследием моего клана, силой моего рода, честью, которую я ценила превыше всего.