Пески тьмы под ногами шевелились, как живые, но не сопротивлялись. Воздух здесь был густым, наполненным запахом старого камня, магии и чего-то едва уловимого, тревожного. Они знали, что храм близко, и чем дальше они шли, тем сильнее ощущали нечто… чужое. И вот, когда первые очертания храма стали видны в просветах рвущейся материи, Элиарион и Тенебра замерли.
Он изменился.
Они помнили его иным: разрушенным, покрытым пеплом времени, поглощённым забвением. Но теперь храм сиял. Он был таким же древним, ещё более потрёпанным веками, с трещинами, уродующими его облик, но свет… Свет был нестерпимым. Он исходил из трещин в стенах, из выбитых окон, из самых камней, наполняя всё вокруг болезненной, ослепляющей яркостью.
Тенебра сощурился, прикрыв глаза рукой.
— Что за…? — он даже не договорил, с недовольством отшатываясь.
Элиарион не ответил. Он чувствовал что-то знакомое. Нет, нечто, что отзывалось в его крови. Он медленно протянул руку, позволив пальцам коснуться холодного камня храма. И в тот же миг всё вокруг взорвалось безмолвной силой. Их утянуло внутрь, словно они провалились в пустоту, не успев ни выдохнуть, ни сопротивляться. Мир перевернулся. Тьма смешалась со светом, оставляя только одно ощущение — падение.
Храм... нет, не храм. Это была святыня богов, их обитель, их дом. Белые стены сияли в мягком, рассеянном свете, будто бы сами источали его. Вдоль них вились тончайшие узоры с резными наставлениями, строки, вырезанные с божественной точностью. Слова, переплетённые в рисунки, складывались в изящные заклинания, в неведомую речь, несущую смысл и силу.
"𐌾𐌸Д𐌸 𐌷𐍇𐌺𐌵𐌳𐌓𐍙-𐌻𐌳𐌷𐍙-𐌓 𐍀 𐌻Ч𐍈𐌹𐍆 𐌷𐌻𐍃𐌵𐍅, 𐌾𐍈 𐌺𐌸𐍉𐍐 𐍃𐍈𐌷𐌳𐍈𐍙𐌾𐍆𐌵 𐍃𐌵𐌹𐍖𐌓Д 𐍊𐌺𐌵𐌾𐍈Г 𐌷𐌻𐍃𐍐𐍅𐍆 𐍀 𐌹𐌻𐌲𐌓𐍄, 𐌷𐍇𐌺𐌵Д𐌓𐍙–𐌓 𐍀𐌵𐌺𐌸𐌲𐌸𐌵 𐍇𐍈𐌺𐍈𐌳𐌾𐌓"
— Нити сплетаются в узоры судеб, но лишь достойные держат челнок судьбы в руках, сплетая великие полотна. — прочел неспешно Элиарион.
Повсюду цвели невероятные, мягкие, пастельных оттенков цветы, их лепестки казались полупрозрачными, переливающимися, словно их соткали из самого света. Буйство красочных тканей ниспадало с верёвок, соединяющих одни окна с другими, создавая живые арки, плавно колышущиеся от дуновения тёплого ветра. Ветви зелёных деревьев свисали с крыш и куполов, укрывая строение в тени вечной весны.
Воздух был наполнен радостными голосами — лёгкими визгами, звонким смехом, быстрыми, игривыми шагами. Молодые девушки, одетые в лёгкие одежды, свободно разгуливали по каменным дорожкам, наслаждаясь теплом, солнцем, жизнью. Они смеялись, плели венки, увлекались беседами и не замечали гостей, вторгшихся в их мир.
Но взгляд Элиариона и Тенебра притягивало другое.
На вершине невероятной по структуре лестницы, ведущей к тонкой арке, простирался небольшой сад. Он был совершенен в своей простоте — нежная трава, каменные дорожки, кусты, обвитые цветущими лозами, всё это обрамляло сидящую среди зелени фигуру.
Божественная.
Голубые локоны спадали мягкими волнами, окутывая её плечи. Белоснежные ресницы и брови... Глаза, что были точной копией глаз Элиариона. Такой же пронзительный, острый взгляд, способный проникнуть в самую душу. На ней было лёгкое платье из тончайшего белого шёлка. Парящая ткань ниспадала с рукавов, развеваясь от малейшего порыва тёплого ветра, создавая эффект парения. Всё в ней было гармоничным, выверенным, цепляющим. Она выглядела так, будто была самой сутью искусства, олицетворением вечной красоты и величия.
Тенебра медленно выдохнул, едва слышно.
— Боги... — глухо произнёс он. — Что, чёрт возьми, здесь происходит?
Они медленно приближались к девушке, не сводя с неё глаз. Она смотрела на них с нежностью, а затем расплылась в ослепительной улыбке. В её глазах вспыхнули слёзы, похожие на драгоценные камни.
— Здравствуй, брат...
Элиарион застыл. Он смотрел на неё, но не понимал, что это обращение адресовано ему. Девушка смахнула слёзы тонкими пальцами, и они упали на вечно зелёную траву. В том месте, где капли коснулись земли, выросли цветы. Такие же, какие росли вдоль тропы, ведущей в его обитель.
— Кто ты? — его голос был безжизненным, полным растерянности.
Она печально улыбнулась. Её движения были мягкими, невесомыми. Поднявшись, будто облако, она шагнула вперёд и осторожно обняла его. Её плечи едва заметно дрожали.
Он не помнил.
Он забыл.