— Я не знала… Мама… Я хотела зачать сильное дитя… Чтоб ты простила меня…
— Я отреклась от тебя из-за твоего безрассудства! И, видимо, не зря. — Голос Ильмирии звучал холодно. — Ты снова разочаровала меня, дитя.
Мирис залилась слезами, рухнула на колени перед драконом и, цепляясь за его одежду, стала умолять:
— Пожалуйста… Позволь мне жить… Прости меня…
Дракон скривился, его передёрнуло от омерзения. Он смотрел на Мирис, как на мерзкое насекомое, и жалости в его взгляде не было. Но его сердце не было каменным.
— Я требую "кровную плату".
Мирис судорожно кивнула, даже не пытаясь спорить. Ильмирия удовлетворённо улыбнулась, её глаза сверкнули интересом.
— Чего ты хочешь от неё, дракон?
— Её жизнь. — Его голос был тихим, но в нём звучала сталь. — Она пыталась лишить меня разума, завладеть моим телом, подвергла мою связь с парой опасности. Так пусть теперь её тело будет в моей власти. Пусть она всю свою жизнь проведёт в служении моей паре и, если понадобится, пожертвует собой.
Мирис похолодела, но взяла себя в руки. Если это был единственный путь к прощению матери — она примет его.
— С… согласна. Я согласна.
— Будет по-твоему, дракон. — Голос Ильмирии прозвучал сурово, но одобрительно. — Это честная плата.
Она подняла руки, шепча древние слова, от которых воздух дрогнул, наполняясь силой леса. Всполохи зелёного света закружились между её пальцев, плетя нити печати.
Рядом с сердцем дракона проявилась метка древа. Такая же вспыхнула на груди Мирис. Невидимые путы обвили её сердце, сжимая, связывая её судьбу с его.
— Волею леса, волею матери, что подарила тебе жизнь, я — Ильмирия, отдаю свою дочь в вечное служение тебе, защитник леса. Я связываю её жизнь с твоей и твоей парой. Она отныне не сможет ослушаться, не сможет предать. Её жизнь теперь в твоих руках, дракон.
Воздух заискрился древней магией, принимая клятву. Мирис резко вдохнула и содрогнулась, когда печать впилась в её сущность, сплетаясь с ней на самом глубинном уровне. Её ноги подкосились, и она упала на колени, схватившись за грудную клетку.
Дракон почувствовал связь.Она была тихой, но ощутимой, как тень на периферии его разума. Она теперь принадлежала ему. Мирис больше не могла его ослушаться.
— Вот и всё. — Ильмирия опустила руки, её взгляд был спокоен.
Она посмотрела на дракона, затем на свою дочь.
— Ты получила то, чего хотела, Мирис. Теперь не жалуйся.
Мирис не ответила. Она только молча смотрела в землю, стискивая зубы.
— А ты, дракон… — богиня шагнула ближе, её взгляд стал пронзительным. — Ты сказал, что Калисса твоя пара. Но знаешь ли ты, кем она является на самом деле?
Дракон вздрогнул, его золотистые глаза хищно сверкнули.
— К чему ты клонишь, богиня?
— К тому, что ты даже не представляешь, во что ввязался. — Ильмирия ухмыльнулась, её голос стал почти насмешливым. — Но это будет очень интересно…
Ильмирия перевела взгляд на дракона, её глаза вспыхнули глубоким любопытством.
— Зачем ты пришёл в мой лес, дракон?
— Дочь Риэль подверглась мучениям со стороны Валениса. — Его голос звучал ровно, но внутри бушевало раздражение.— Она впала в бессознательное состояние, закрылась блоками. Наследница духов дала чёткие инструкции, как вернуть её, но для этого мне нужны дриады. Они создадут "Кокон жизни", чтобы поддерживать её и меня, пока я буду очищать её душу и помогать выбраться.
Ильмирия шагнула ближе и начала ходить кругами, внимательно изучая дракона, словно прицениваясь.
— Ты обладаешь очищением? Сильным?
— Достаточно.
— Ты можешь очищать только души? Или земли тоже?
— Всё, чего коснётся моё белое пламя.
Ильмирия остановилась, задумчиво склонив голову.
— Я дам тебе дриад… но только если ты поможешь нам.
Дракон сдвинул брови.
— В чём именно нужна моя помощь?
Губы богини дрогнули в мрачной усмешке.
— Дело в том, что одна идиотка — она метнула грозный взгляд на всё ещё стоящую на коленях Мирис, — когда-то встретила Вечного демона. И влюбилась. Без памяти.
Дракон нахмурился.
— И?
— Она стала его преследовать. — Ильмирия усмехнулась. — Любовь? Нет. Она хотела его силу. Надеялась стать ему идеальной парой, родить от него потомство.
Мирис заёрзала, опустив голову.
— Но Элиарион не был в восторге от её настырности. Он объяснял. Угрожал. Избегал. Даже ругался. Но и у терпения демона есть предел.
Дракон медленно выдохнул, начиная догадываться.