Пепел двух миров

— Тебе никогда не было места там. Ты знаешь это. Ты всегда знала.

Я сжала пальцы, ощущая, как ногти впиваются в ладони. Нет, я не знала. И не хотела бы этого знать.

— Но теперь ты здесь. Здесь, где тебе и суждено быть.

Тьма вокруг шевельнулась, стелясь по земле, как дым. Ветер слабо трепетал мои волосы, и на миг мне показалось, что в нем звучит тихий смех. Не злобный, не добрый. Просто… наблюдающий.

Мужчина передо мной, тот, чей взгляд всё ещё удерживал меня в реальности, наконец заговорил:

— Он чувствует тебя. Тень тянется к тебе.

Я судорожно втянула воздух.

— Кто он?

— Тот, кто всегда был в этом мире. Тенебра. Он существует везде и нигде. Его облик может стать реальным, а может оставаться лишь иллюзией. Частью твоего воображения.

Шёпот снова окутал меня.

— Я знал, что ты придёшь.

Я чувствовала, как что-то невидимое, древнее, несравнимое ни с чем, касалось моего сознания. Не враждебное, но необъяснимо близкое.

— Ты боишься?

Я открыла глаза, не заметив, как их закрыла. В руинах сгущалась тьма, но она не была просто отсутствием света. Она двигалась. Она дышала.

— Я… не знаю, — мой голос звучал глухо, словно его приглушала сама тьма.

Шёпот улыбнулся. Я не видела улыбку — я чувствовала её.

— Ты узнаешь меня. Скоро.

В этот миг мужчина, что стоял напротив, сделал шаг ко мне.

— Не слушай его слишком долго. Он — сама Тьма. Она всегда найдёт путь в твои мысли.

Я попыталась отстраниться от шёпота, но он уже проник слишком глубоко. Вплёлся в мои мысли, будто змея, мягко сжимающая добычу перед неизбежным укусом.

— Ты не должна бояться меня.

Его голос был сладким, убаюкивающим, но под ним таилось нечто древнее. Я чувствовала это на грани сознания, будто его слова не просто звучали — они резонировали во мне.

— Что он хочет? — спросила я, не отводя взгляда от мужчины передо мной.

— Он хочет… понять тебя.

Шёпот ответил за него.

— Или ты хочешь понять меня?

Я сглотнула.

Тьма в руинах ожила, сплетаясь в изящные узоры, что расползались по камням. На мгновение мне почудилось, что в них проступают силуэты. Или лица.

— Ты пришла ко мне. А значит, ты уже сделала выбор.

Мой взгляд метнулся к мужчине, но он лишь наблюдал. Ждал.

— Я существую везде и нигде. Я могу быть реальным… или остаться лишь иллюзией.

— Тогда кто ты?

Тьма вздрогнула будто от боли.

— Ты знаешь, моя дорогая.

Это последнее слово — оно было иным. Тёплым. Ласкающим. И вдруг передо мной мелькнул образ — не чёткий, не зримый, но осязаемый в глубине разума. Силуэт, очертания которого то сгущались, то растворялись. Глаза, в которых можно было утонуть. Пальцы, которые могли удержать или отпустить. Я сделала шаг вперёд, сама не осознавая, что двигаюсь.

— Лина, — раздался голос мужчины, того, кто был здесь со мной.

Я замерла. "Лина". Так ласково называла меня только мама — до того несчастного случая, до автокатастрофы, что забрала её. Меня будто выдернуло из пелены теней. Они мелко дрожали, едва ощутимо перетекая вокруг, обволакивая мой разум мягким, почти убаюкивающим прикосновением.

— Ты в его власти. Тебе нужно прийти в себя. Этот шутник любит развлекаться с теми, кто способен его чувствовать. Таких — считанные единицы, а его существование вечно. Вот и развлекается, как может, пользуясь столь редкими моментами. Он не опасен, если не переступать границы допустимого. Просто прими его таким, какой он есть.

— Я… — начала я, но не знала, что сказать.

Тенебра был здесь. Он всегда был здесь. Вопрос лишь в том, кем он станет для меня.

Я глубоко вдохнула, осознавая, что моё сердце бьётся слишком быстро. Ветер снова скользнул по моей коже, но теперь он казался иным. Будто кто-то невидимый провёл кончиками пальцев по моей шее. Шёпот зазвучал ближе.

— Я не причиню тебе вреда, если ты этого не захочешь.

Я не успела осознать, как этот голос снова пробрался глубже. Он звучал везде — и нигде.

— Зачем я тебе? — спросила я, обращаясь уже к нему.

Ответ был прост.

— Ты чувствуешь меня. Ты слышишь.

Тени сгущались, и в них начали проступать очертания. На миг я увидела очи — глубокие, тёмные, мерцающие в самой сердцевине ночи. Я закрыла глаза.

— Если я приму тебя, что будет дальше?

Шёпот залился звонким смехом, а после выдохнул, почти касаясь моего уха.

— Будет очень весело, дорогая.

Я вздрогнула. Смех всё ещё звучал в воздухе, растворяясь в тенях, которые продолжали шевелиться, будто оживая.