Тенебра внимательно посмотрел на себя в воде. Тёмное кимоно с переливами фиолетового, чёткий узор ветра, серьги в форме тонких чёрных когтей. Волосы расчёсаны и заправлены высоким узлом, а на лице — тени, подчёркивающие глубину глаз.
— Ну какой же я красавец… — восхищённо протянул он. — Видел бы меня Астарон — удавился бы от зависти.
Девушка, глядя на них, лишь скрестила руки, готовая сказать что-то язвительное, но Райгар её опередил. Он схватил её за шкирку и без единого слова выбросил в реку. Раздался плеск, воздух всколыхнулся, и серебряная вода поглотила её крик.
— А она хоть выживет? — с легким сомнением спросил Лаэтос, бросая взгляд на реку.
— Будь моя воля — не выжила бы, — угрюмо пробормотал Райгар, наблюдая, как помощница барахтается в воде. — Каждый раз, когда я сюда прихожу, она меня бесит. Скоро эта река станет её постоянным пристанищем.
Он скрестил руки на груди, недовольно фыркнув.
— И зачем только Нефос взял эту крысу на свою территорию? Помощница, видите ли, нужна… Да хоть бы с клана кого выбрал, а он магичку тупую притащил...
По его голосу было видно, насколько болезненно ему говорить об этом, но никто из спутников не смог сдержаться — и все трое разом расхохотались.
— Вот вам, господа, смешно, — Райгар бросил на них полный недовольства взгляд, — а мой волк чует, что бед она ещё наделает.
Он глубоко вздохнул, отгоняя раздражение, и кивнул в сторону входа:
— Ладно, идём.
С этими словами он развернулся и повел их к дверям храма Бога Ветра. Как только они пересекли порог, их окружил звенящий, наполненный эхом ветер. Они попали в пространство, где границы между реальностью и стихией воздуха были размыты, а сама суть Ветра казалась воплощённой в камне.
Храм, возвышавшийся над облаками, был утончённым сочетанием лёгкости и вечности. Казалось, он не построен, а выткан из самой атмосферы, соткан из потоков воздуха и шёпота бурь. Стены из необычного, почти прозрачного камня, переливались мягкими оттенками — белым, голубым, золотистым, словно отражая небо за пределами этих стен. Величественные колонны уходили вверх, растворяясь в мягком свете купола, под которым парили маленькие светящиеся сферы, напоминая звёзды. Под ногами простиралась гладкая мозаика, изображающая летающих существ — то ли реальных, то ли рождённых воображением древних мастеров. Если присмотреться, казалось, что они двигаются, летят, подчиняясь непредсказуемому ветру. Вдоль коридоров струились воздушные потоки, совсем не холодные — скорее, освежающие и лёгкие, как прикосновение предрассветного бриза. Они ласково касались кожи, раздували волосы, заставляя ткани одежды слегка колыхаться. Сквозь резные окна виднелись парящие платформы, соединённые тонкими мостами, сотканными из облаков. Они вели в залы знаний, покои и сады, каждый из которых был частью этого неуловимого, но устойчивого мира Ветра.
В глубине храма скрывались священные помещения, хранилища древних артефактов, свитков, что сами перелистывали свои страницы под лёгким дуновением воздуха. Тут всё было живым. Даже тишина — и та казалась наполненной неуловимыми звуками далёких ветров, несущих голоса, воспоминания, тайны. Райгар шагал уверенно, будто знал каждый поворот, каждую воздушную тропу этого места. Остальные невольно затаили дыхание, ощущая могущество, древность и красоту храма, который не был просто каменным строением. Это был сам Ветер, что обрел форму и обитал здесь, в Парящих Чертогах. Как только они достигли центрального зала, волк резко выдохнул и, запрокинув голову, взревел:
— Нефос, ты нам нужен!
Его голос прокатился по стенам, вызвав дрожь в воздухе. Лёгкий ветер пробежался по полу, поднялся вверх и, закружившись спиралью, растворился в пустоте. Но прежде чем бог Ветра появился, Лаэтос вдруг замер.
— Что это за хрень?
Они повернулись.
За спиной Элиариона что-то двигалось. Полупрозрачный голубоватый свет, мягкий, еле уловимый, но слишком явный, чтобы его игнорировать.
— Откуда эта штука взялась? — нахмурился Тенебра, вытягивая руку, но едва пальцы коснулись шара, как его отбросило лёгким порывом воздуха.
— Прилип как банный лист... Не отодрать, — мрачно подытожил Лаэтос спустя пару неловких попыток.
Все трое начали отчаянно пытаться отмахнуться от сущности, но она оставалась на месте, словно вросла в Элиариона. Именно в этот момент появились двое.
— Проявите уважение! — рявкнул Райгар, резко одёргивая их, и все замерли.
Перед ними стоял бог Ветра Нефос. Его длинные белые волосы двигались, переливаясь и струясь. Каждое движение порождало лёгкие завихрения, словно сам ветер плёл его образ. Глаза — глубокие, тёмно-синие, как штормовое небо перед бурей. В них была мудрость веков, скрытая в молчании, и сила, способная разорвать тишину одним порывом. Одежды его были невесомы, сотканы из самой стихии. Они не лежали спокойно, а колыхались безостановочно, будто невидимые потоки поднимали и роняли ткань в вечном танце. Они напоминали те же кимоно, что носила четвёрка мужчин. Белые и голубые оттенки переплетались, создавая гармоничный узор. Несмотря на свою эфемерность, ткани ниспадали элегантными складками, придавая Богу Ветров утончённый и величественный облик. А в ушах сверкали серьги — серебристые, тонкие.