Рядом с ним стоял молодой человек.
Он казался сотканным из самой сути тишины и света — мягкий, будто первый тёплый луч солнца после холодной ночи, но с той странной отрешённостью, что свойственна тем, кто всегда стоит между мирами.
Он был высоким, но не подавляющим — ростом примерно с Элиариона, однако в отличие от него не казался суровым или угрожающим. Его телосложение было стройным, даже хрупким на первый взгляд, но в движениях чувствовалась лёгкость, будто он не касался земли, а лишь скользил по ней, оставляя после себя едва уловимый отблеск. Волосы — длинные, ниспадающие почти до самого пояса, серебристые с лёгким фиолетовым отливом, будто сотканные из лунного света. Они были аккуратно убраны: часть собрана в высокую причёску, закреплённую серебряными шпильками с подвесками в виде полумесяцев, а остальная длина струилась свободными мягкими волнами, подрагивая при каждом движении. Но больше всего приковывал взгляд его взор. Фиолетово-золотые глаза были похожи на затянутое дымкой ночное небо, в центре которого горело пламя далёкой звезды. Их нельзя было назвать ни тёплыми, ни холодными — они излучали покой, бесконечное принятие и в то же время некую глубину, в которой можно было утонуть. Зрачок был необычной формы: чёрный круг, внутри которого переливался серебристо-белый полумесяц, как знак самого мироздания.
Черты лица — мягкие, утончённые, не женственные, но и не резкие, как у его сестры. В его облике не было агрессии, только спокойствие, умиротворённость и чуть заметная, едва уловимая печаль. Острые удлинённые уши придавали ему сходство с эльфами, а губы — чуть полнее, чем у Элис, часто трогала лёгкая, понимающая улыбка. Он был живым воплощением тепла, поддержки и света. Его присутствие успокаивало, но в то же время напоминало о вечном течении жизни и смерти, о неотвратимости конца и красоте каждого мгновения до него.
Трое мужчин внимательно осматривали двух новоприбывших, изучая их с настороженностью. Первым нарушил молчание Тенебра, хмыкнув с неким удовлетворением, словно находя в ситуации нечто забавное. Элиарион шагнул вперёд и протянул руку Нефосу. В его взгляде читалась теплая, но осмысленная оценка.
— Приветствую тебя, новый Бог Ветров, — произнёс он, пожимая ладонь Нефоса.
Молодой бог нахмурился, не спеша отпускать руку. Он пристально всматривался в лицо Элиариона, но в глазах читалось полное непонимание.
— Я должен вас знать? — спросил он, слегка напряжённо.
Элиарион легко улыбнулся.
— Нет, ты не мог. Однако я был знаком со Стратосом целую вечность. Я видел момент его зарождения и его восхождения. Именно я помог маленькому мальчику-вихрю обрести свой дом, где позже он построил Парящие Чертоги.
Нефос застыл. Ему потребовалась секунда, чтобы осознать услышанное.
— Вы… наставляли моего учителя? Кто же вы?
Элиарион отпустил его руку и сделал полшага назад. Пространство сгустилось вокруг него и его голос прозвучал сквозь саму ткань мироздания.
— Я — Элиарион Вир'Ксатрэш, Хозяин Погребённых Грёз, властитель первозданного Хаоса, разрушитель судеб и миров. Приветствую тебя как нового преемника Ветра.
Слова дрогнули в воздухе, расходясь волнами по невидимым нитям мироздания. Они не просто звучали — они были вписаны в реальность. Нефос вдруг ощутил облегчение. Всё его существо, до этого казавшееся перегруженным, наконец-то обрело целостность. Его силы заструились правильно, ураган внутри него наконец-то успокоился. Он выдохнул:
— С меня будто камень сняли… Теперь я чувствую, что моя сила циркулирует правильно. Учитель говорил мне найти вас, если столкнусь с проблемами в силе, но… я был занят важными делами.
Его взгляд сместился на юношу, стоявшего рядом. Элиарион тоже перевёл глаза на него, легко улыбнулся и протянул руку.
— Здравствуй. Элиарион, очень приятно. Я не был удостоен чести познакомиться с тобой раньше, но рад, что смог тебя найти. Как твоё имя?