Я утробно зарычала.
— Тише, тише… — выдохнул Астарон прямо в мои губы. И, едва увернувшись от клацнувших клыков у самого носа, ухитрился поцеловать меня. Мягко. С упрямой настойчивостью. Но так же бережно и тепло, как в самый первый раз.
Близость и знакомый запах… они приглушили мой гнев. Странное состояние начало рассеиваться. Тело обмякло, усталость навалилась с такой силой, что казалось — я развалюсь у него в руках.
Когда он почувствовал, что я больше не сопротивляюсь, прервал поцелуй и внимательно осмотрел меня.
— Кожа вернулась. Чешуя исчезла. Клыки остались… но стали короче. — Он провёл пальцем по моему лицу. — А глаза… теперь как у меня. Вертикальный зрачок. И цвет — насыщенный, почти ледяной. Красивые.
Он попытался сказать это с радостью, но в голосе явно звучала печаль. Я снова ощутила жжение в глазах — не от злости уже, а от растерянности.
— Как я могу быть полумеском дракона и эльфа, Астарон? Это… это бред. Я вообще не понимаю, что со мной происходит…
— Я расскажу всё, обещаю. Только… позволь мне закончить кое-что, и я весь твой, целиком. — Он одарил меня той своей ослепительной улыбкой, от которой у всех всегда сдавали нервы, чмокнул в лоб — и, не разжимая объятий, потащил нас в сторону всё ещё испуганной Ари’ин… Мы шли как пара странных пингвинов. Добравшись, Астарон с явно театральным вздохом остановился, трижды извинился и попросил девушку разместить дриад так, чтобы они всё время оставались в поле его зрения.
— К слову, ты всё это время была в резиденции? — повернувшись лицом ко мне, спросил он.
— Да. Валенис устроил меня… К нему мы ещё вернёмся. Но в целом — всё было… относительно чудесно. Шон позаботится обо всём, что нужно, а остальное я бы предпочла обсудить отдельно. Без свидетелей. — Я слегка скривилась, вспоминая всё, что пришлось пережить в темнице.
Брови Астарона поползли вверх, но он лишь деликатно прокашлялся и вновь сосредоточился на распоряжениях Ари’ин. Бросив пару коротких указаний, он, как бы между делом, придушил хвостом наглую дриаду — за что лично у меня к нему сразу вернулся кусочек уважения. Пока лесная дрянь хрипела и сучила ногами, Астарон бережно взял меня на руки и понёс в мои покои. Он даже не спросил дорогу. Очевидно, прекрасно знал резиденцию вдоль и поперёк.
— Ну вот мы и дома… — с явной усталостью выдохнул он, входя в комнату.
Не особенно церемонясь, он откинул дриаду возле кровати, а сам плюхнулся на постель, всё ещё держа меня на руках.
— Мог бы хоть немного помягче приземлиться, драконий ты…
— Так! Без ругательств! — моментально пресёк он.
Я надулась и с мрачной решимостью уставилась на дриаду.
— Зачем она здесь?
Астарон что-то невнятно промычал, затем уселся, скрестив ноги, и начал рассказывать то, что с ним произошло в Запретном лесу.
— Ну, собственно, вот так и оказалось, что дочка вашей богини теперь у меня… в рабынях, так сказать. Лучше, чем убить. Хотя, если судить по тому, что ты устроила на улице… может, я всё же зря…
— Ничего ведь не зря… правда, господин дракон?.. — голос её дрогнул, слишком резко оборвав нервный смешок. — Глупая я… Погорячилась. Ошиблась. Прости уж… если можешь простить.
Она говорила, не поднимая глаз, но пальцы её сжались в комок, ногти впились в ладони. Потом резко вдохнула, словно собираясь с духом — и всё же подняла взгляд.
— Я… я ведь никогда не была ничьей рабыней. Всю жизнь — как принцесса. У дриад всё иначе. Свобода — в крови. — Её губы дрогнули, будто вот-вот снова выльется язвительный комментарий, но она прикусила язык. — Мне просто… просто немного времени нужно. Чтобы… привыкнуть. Чтобы понять, как теперь жить... под твоей лапой.
Смотря на её поведение и услышав слово "рабыня", я непроизвольно зарычала — глухо, утробно. Кожу на руках начало щипать. Почувствовав мягкие, методичные поглаживания по волосам, я придвинулась ближе к дракону, пытаясь успокоиться. Мне не нравилось моё состояние. Оно было... слишком странным.
Немного придя в себя, я решила продолжить разговор:
— В таком случае, слушай меня внимательно, Мирис… — начала я, стараясь держать голос ровным.
— Я вся во внимании! — с готовностью выпалила дриада, наспех вытирая мокрые дорожки с лица.
— Во-первых, раньше я, учитывая наше с тобой положение, была в какой-то мере снисходительна к твоему характеру. Мы пересекались, и даже если ты меня не помнишь из-за своей легкомысленности, я тебе напомню… — я прищурилась и чуть оскалилась. — Меня зовут Калисса Дрейнарис.
Глаза дриады округлились, рот открылся и захлопнулся в немой попытке выдать хоть слово.
— Да, та самая, — смакуя момент, подтвердила я её мысли.
— Воительница? Но... ты же должна править эльфами? Кончина королевы была более тридцати лет назад! Кто же тогда… — она металась взглядом, руки дрожали. — И почему я была не в курсе...