Я отчаянно пытался достучаться.
— Элиарион и Тенебра скучают по тебе. Мы все скучаем. Помоги мне, чтобы я смог помочь тебе.
Долгое молчание. Без ответа.
Внезапно она резко повернулась ко мне. Дергано, словно старая кукла с поржавевшими шестернями в механизме.
— Что вы сказали?.. Кто?
— Элиарион. Тенебра. Они скучают. Ты уми...
Не успел я договорить как из ее серых, тусклых глаз скатилась слеза. Такая маленькая, что не следи я за её реакцией столь пристально и не заметил бы..
— Эли... — прошептала она.
— …арион, — закончил я за неё.
— Ах... Элиарион... — шепнула она. Ещё одна слеза пролилась по её серому лицу. — Почему... мне это знакомо?
Я ухватился за нить, как утопающий. Медленно проговаривал имя Элиариона, рассказывал о моментах, что помнил сам. С каждой фразой её тело начинало наполняться красками — несмело, но уверенно, заполняя пустоту теплом и светом.
— ...и тогда он привёл тебя ко мне, чтобы ты училась управлять своими способностями. Ты так переживала, моя дорогая ученица. Но его постоянный присмотр, кажется, придавал тебе сил...
Я не успел договорить. Её тело вспыхнуло и рассыпалось на мириады светящихся частиц. Серая оболочка окончательно спала, а ко мне потянулась маленькая детская рука. Я поспешно схватил её и застыл. Передо мной стояла девочка лет пяти. Серебристые шелковые волосы, глаза — как космос, бездонные и яркие. Она улыбалась — так тепло, что казалось даже холодная вьюга отступит перед искренними чувствами ребёнка.
— Дяденька! Ах, дяденька! Нам нужно спешить! Братик будет меня искать. Сегодня... годовщина смерти мамы и папы. А если дядюшка Нерпу разозлится?.. Пошли скорее!
— Я не знаю дороги, но провожу тебя. Позволишь, маленькая госпожа? Как тебя зовут? — спросил я, стараясь говорить как можно мягче, стараясь не выдать своего сильного беспокойства и не спугнуть малышку.
— Элинас! Великая дочь богов! — весело ответила она. — Так братик говорит!
Она рассмеялась. И от её смеха стало так... тепло. Малышка потащила меня вперёд, сквозь бледно мерцающий портал воспоминаний.
Вместо чего-то светлого нас накрыл ужас, что сковал мое старое сердце.
Её маленькая рука, что до этого так крепко держала меня, выскользнула. Она побежала вперёд — прямо в самое сердце воспоминания.
— Брат! Брат, что с тобой?! Дядюшка Нерпу, помоги братику! Почему он лежит и не дышит?!
Она всхлипывала. Металась. Её руки беспомощно блуждали по телу мальчика. С такими же серебристыми волосами, что пропитались кровью и грязью. Он был истерзан — в крови, ссадинах, синяках. Одежда частично разорвана, изувечена.
Я с трудом перевёл взгляд.
Позади стоял мужчина средних лет. Сединой пробивались волосы, собранные в узел. Глаза — как холодная сталь, отражающая лишь решимость. Его лицо искажала победная ухмылка.
Каждый раз, когда девочка называла его «дядюшкой Нерпу», по его лицу пробегала гримаса отвращения. И всё же он наслаждался её болью. Он подошёл. Схватил девочку за волосы и поднял на уровень глаз. Она билась, плакала, умоляла помочь, дрожала.
— Глупое дитя, — прошипел он, — тебе нужно было слушаться свою тётку Сантерию. А ты — сама пришла ко мне, сама упростила все мои планы.
Он рассмеялся — мерзко, с хрипом.
— Почему, дядюшка Нерпу?! Почему ты не помогаешь?! — вопила она.
— Ах, милая, если бы не ваши родители… Если бы они не создали вас… — он смотрел на неё, как на мусор. — Мир был бы стабилен. Не пришлось бы уничтожать угрозу.
Я рвался сквозь невидимую преграду. Бился, молил — но был всего лишь наблюдателем.
— Мы никому не вредили… — тихо прошептала девочка.
— Нет, конечно! Пока. Но вы бы выросли. И под наставничеством этой ведьмы Сантерии, решили бы вернуть старую власть используя свои скверные силы, что отхватили от своих паршивых родителей. А я — не дурак. Не-е-ет.
От отшвырнул её от себя с отвращением.
— Ты нас убьёшь? —словно не веря в свои же слова, спросила девочка.
Ее маленькие глазки, опухшие от слез опустили свой вгляд на тело брата. Она прижалась к нему всем своим тельцем, обнимая столь сильно как могла. Мальчик под ней захрипел от боли, сжал ее руку в своей руке и тихо прошептал:
— Мне… жаль, Элис.
— Брат!..Я так тебя люблю. — Элис рыдала, не сдерживаясь.
— И я тебя, сестра.
Тело мальчика обмякло под новым испульсом силы, выпущенным из пальцев мужчины, что смотрел теперь злобно на того кого считал уже мертвым.
— Замолкни навсегда, паршивец…
— Дядюшка Нерпу! За что?! — голос девочки сорвался на крик, разрывая пространство последними нотами отчаяния.
— Прекрати меня так называть, глупая дрянь! Моё имя…
Вспышка, деткие тела загорелись точно сухие листья над костром и так же быстро развеялись по ветру. Тень проскользнула между камней, незамеченная мужчиной, что стоял и ликовал своей победой над "ужасными порождениями богов". Тень бежала стремительно, неся в своих руках две маленькие, еле излучающие тусклый свет души детей...