— Вернемся или нет — зависит от того, пойдем мы вообще или будем сидеть тут и жрать бутерброды до второго пришествия, — Рокот бросил это без раздражения, но с нажимом. Молот замолчал, прожевал, и ничего не сказал. Но по глазам было видно — не согласен. И будет не согласен ровно до того момента, пока не встанет и не пойдет вместе со всеми. Потому что Молот — из тех, кто ворчит, но делает.
— Я думаю, что план очень иллюзорный, странный, дерзкий и шитый белыми нитками, — задумчиво проговорил Демьянов. — И именно поэтому может сработать. Никто не поверит, что отряд спецназа, замаранный сотрудничеством с врагом додумается до того, чтобы самостоятельно припереться на объект, рассчитывая захватить его в четыре каски. Это настолько тупо, что даже я бы не поверил. Однако, прежде чем вообще обсуждать его, полагаю, что нужно спросить мнение Антея. Потому что именно он будет рисковать больше всех.
Все посмотрели на меня.
Демьянов — спокойно, оценивающе. Рокот — чуть прищурившись. Ли — с непроницаемым выражением на лице. Молот — с видом человека, который уже знает ответ и совершенно этому не рад.
А я посмотрел на схему. Красные точки ПВО, пунктирные контуры бункера, тонкие линии подъездных путей. Сколково. Ядро «Эдема». Конец маршрута. Если получится — конец всего этого дерьма. Если не получится…
Тогда и переживать будет некому.
— План — говно, — сказал я, и мои слова будто в колодец упали. Я даже невольно считать начал до момента, когда со дна булькнет.
— Участвую, — закончил я.
Молот фыркнул. Кажется, именно этого он и ждал. И именно поэтому выглядел таким недовольным. Гром озадаченно почесал в затылке, а Рокот кивнул. Он тоже не сомневался в моем ответе — слишком уж давно мы были знакомы.
Демьянов кивнул.
— Значит, решили. Что ж. Как я уже говорил — это может сработать. Детали обсудим завтра. А пока, полагаю, нам всем нужно отдохнуть и подумать. И, полагаю, что доставить сюда оставшуюся часть вашей команды.
— И геллхаунда! — вскинулся.
— И геллхаунда, — обреченно кивнул Демьянов с видом человека, в шикарную квартиру которого собираются затащить помойную псину.
Обстановка разрядилась, все загомонили. Я взял свою кружку и отошел к окну, задумчиво разглядывая пейзаж залива.
Ко мне кто-то подошел. Я скосил взгляд на отражение. Демьянов.
— Ты действительно думаешь, что у вас получится это сделать? — спросил он.
— Ну, если я придумаю другой вариант — вы будете первым, кто об этом узнает, — буркнул я. — Поверьте, мне меньше всего хочется играть роль живца. Очень беззащитного и беспомощного живца, от которого ничего не зависит.
— Ну, полагаю, как раз с этим я могу тебе помочь, — усмехнулся он.
— То есть?
— Ну, во время сканирования я обратил внимание на девственную чистоту твоих портов. Ни одного импланта, не считая встроенные лезвия.
— Это интерфейсный разъем, — буркнул я. — Помимо прочего. Полагаю, входят в базовую комплектацию. Вот только эта база, как вы заметили, весьма скудная.
— Думаю, что это не будет большой проблемой, — проговорил он с загадочной улыбкой.
Я повернулся к нему.
— Вы что, хотите сказать, что у вас есть доступ к армейским имплантам и возможность их установки? — недоверчиво спросил я, и Демьянов просиял.
— Мы сами почти армия, сынок!
Я хмыкнул. Это звучало очень обнадеживающе.
— И я смогу просмотреть вашу базу и выбрать то, что мне нужно? — кажется, сейчас я выглядел ребенком, которого запустили в «Детский мир» с безлимитной платиновой картой.
— И даже посидеть в виртуальном конфигураторе, — улыбка Демьянова стала еще шире.
Я одним глотком допил кофе.
— Ну что ж. Тогда не будем терять времени, — поставив кружку на стол, я выжидающе посмотрел на Демьянова.
— Не будем, — рассмеялся он. — У нас его и так не сказать, что много.
Старик хлопнул меня по плечу, кивком позвал за собой и направился к выходу.
Глава 2
Имплантационная лаборатория «Феникса» располагалась двумя этажами ниже комнаты для брифинга и выглядела так, будто кто-то скрестил операционную с серверной, а потом добавил к получившемуся гибриду декорации фантастического фильма. Белые стены, ровный холодный свет, стерильный воздух с привкусом озона — и оборудование, при виде которого у меня непроизвольно приподнялись брови. Стойки с аппаратурой, мониторы, диагностические панели, какие-то штуки, назначения которых я даже приблизительно не мог определить — и все это блестело, мигало индикаторами и производило впечатление чего-то очень дорогого и очень серьезного.
А по центру, как алтарь в храме технологий — имплантационная капсула на постаменте.