— Я же прав? Это... магия? — даже сами эти слова давались ему с трудом, и я чувствовал в них тревогу. А вместе с тем — страх.
— Да, — твёрже, чем когда-либо, я кивнул.
— Проклятье, — прикусил он губу, не желая признавать это правдой.
Мне было тяжело видеть его таким. Одной частью себя я понимал его тревогу. Магия была опасна как для использующего, так и для окружающих, не говоря уже о том, что её регулировали жёстче, чем что бы то ни было. Да и в народе маги не ассоциировались ни с чем хорошим. Но другая моя часть почему-то не могла осознать его досаду. Почему он полон такого горя?
Некоторое время мы оба сидели в молчании, прежде чем взгляд Адама снова поднялся на меня. Прикусив губу, он выглядел неожиданно уверенно и строго. Тревожное предчувствие зародилось внутри меня.
— Слушай. Никогда не используй её больше. Никому не говори об этом. Давай... забудем о ней. Этого никогда не было и не должно произойти снова. Пожалуйста, ради нас, — его правая рука опустилась мне на голову, и он погладил меня. Строгое лицо брата смягчилось и стало умоляющим.
Мой же мир словно сотрясся. Удивлёнными глазами я посмотрел на него, не способный понять, что он сказал.
"Забыть? Не использовать? Снова... быть бесполезным? Калекой?" — тысяча мыслей и эмоций забурлила внутри меня. Негодование, гнев, неверие, страх. Ощутив однажды, как мир подчиняется твоей воле, я больше не мог отказаться от этого. К тому же я цеплялся за саму магию. Это была возможность. Это была сила, которая компенсирует мою ногу. Нет, может, я даже излечусь! У меня появится шанс стать кем-то, кроме "калеки"!
Внезапно я вспомнил взгляд Бонса, смотрящего на меня в той пещере. Он боялся. Боялся меня — я больше не был беспомощным и бесполезным для него. Нет, я был магом! Тем, кто управляет реальностью!
— НЕТ! — вскрикнул я внезапно и отшатнулся назад, сбрасывая руки Адама. Он выглядел шокированным моим поведением.
— Забыть? Как я могу! Это… Я ведь был полезен! Я спас нас! Усек сказал, что, если бы не я, мы бы погибли! Если бы не магия! — отчаянно сорвались слова с моих губ. Я смотрел на брата, пытаясь убедить его.
— И мы все тебе благодарны! Но… пойми, это опасно. Разве ты не помнишь, что говорят о магах? Их боятся. Ненавидят. Обвиняют во всех бедах. А что, если об этом узнают Регуляторы? Разве ты не знаешь, что они убивают всех нерегулируемых магов? Ты об этом подумал? — Адам снова нахмурился. Он пытался убедить меня, и, хотя я ощущал в нём тревогу, в его голосе звучала и капля гнева. Мне это не нравилось.
— Ты не понимаешь! Ты и так силён, знаменит, но что я? Неужели я всё время должен сидеть на твоей шее? Это моя возможность стать кем-то! Я могу использовать магию тайно! Я научусь... Научусь пользоваться ею, а потом... потом стану кем-то. Не знаю, возможно, вступлю в Гильдию Магов! Меня примут, и нам ничего не угрожает! Мы сможем жить в Верхнем Доминионе, нет, мы сможем изменить Нижний Доминион! — идеи лились из меня, как дождь. Я был одурманен перспективами. Ещё вчера жизнь казалась такой пустой, а теперь! Теперь я мог добиться многого, я больше не был калекой! Улыбка растянулась на моём лице.
— Но... Но магия опасна! Разве ты не помнишь Ужаса? Ужаса, который убил твоих родителей! Он — порождение этой самой магии! Что если ты сам станешь Ужасом? Или привлечёшь одного из них? Что тогда? — злость появилась на лице брата, и я видел, как он напрягся. Его слова остудили меня, хоть и всего на мгновение.
— Я не стану Ужасом, и это другое! Та... тварь! Нет, я... — я никак не мог подобрать нужные слова. Мне хотелось опровергнуть его аргумент, но никак не мог подобрать нужные слова.
Мои кулаки напряглись, и я ощутил, как влажнеют глаза. Вновь передо мной возникли воспоминания о том дне, много лет назад. Я вспомнил тот ходячий мрак, воплощение страха. Но магия была возможность, от которой нельзя отказываться. Я не мог отвернуться от неё, попробовав всего лишь раз.
Увидев моё состояние, Адам стал мягче. Гнев на его лице исчез, он даже слабо улыбнулся и снова погладил меня по голове, успокаивая.
— Пожалуйста, подумай об этом. Я понимаю, это может быть тяжело, но... не надо. Я позабочусь о тебе, обещаю. Ты не будешь калекой. Ты им и не был. Я всегда говорил тебе, что ты можешь больше, и я до сих пор верю в это. Но не нужно прибегать к магии. Нам нужно забыть об этом. Хорошо? — спросил он с надеждой, и, не дождавшись ответа, вздохнул и отпустил меня.
— Я дам тебе время подумать, — в последний раз взглянув на меня, он вышел из комнаты.
Я остался сидеть на кровати, молча и не меняя позы. Всё это было слишком сложно для меня.