Когда Лаура и Тамаринд шли по улице, мальчик неожиданно спросил:
— Вы и мистер Воорс любовь, да? Когда вы будете муж и жена? — Его умные глазки не отрывались от ее лица.
Лаура вздрогнула.
— Я... Да нет же, Тамаринд.— Лаура взглянула на него, покачала головой и устало улыбнулась. Она с трудом проговорила:
— Ничего подобного, Я не люблю мистера Воорса, и он не любит меня.
— Он любит вас,— настаивал мальчик.
— Не любит! — Щеки Лауры запылали. Она была уверена, что вся покраснела от смущения. Себастьян, вероятно, тоже разозлится и рассмеется, узнав, что мальчик вбил себе в голову.
Маленький сорванец посмотрел на нее с сомнением.
— Точно? — спросил он, слегка наклонив голову, словно для того, чтобы лучше ее рассмотреть.
Лаура деланно засмеялась.
— Определенно, Тамаринд!
Мальчик пожал плечами.
— О'кей,— произнес он таким тоном, словно не поверил ей. После этого, к облегчению Лауры, он, казалось, забыл об этой теме.
Маленький Тамаринд оказался превосходным гидом. С неизменным энтузиазмом он водил ее от одной домашней артели к другой. Она была поражена сокровищами, таившимися в этих темных и часто примитивных хижинах. Она поняла, что интуиция не подвела ее. Изделия, которые эти умельцы оставляли себе, коренным образом отличались от тех, которые шли на продажу в Чьенгмай. Вещи, которые они оставляли, были изысканнее и оригинальнее того ширпотреба, который продавался в городских сувенирных лавках. Лаура так обрадовалась, что нашла множество красивых и необычных изделий, что совсем забыла про свои огорчения.
Наконец, подошло время встречать Себастьяна. Лаура поблагодарила мальчугана за помощь, дала ему денег и попрощалась с ним. При этом он снова хитро взглянула на нее и спросил:
— Вы точно не любовь с мистер Воорс? Он точно не любовь с вами?
Лаура покачала головой и нервно засмеялась.
— И не надейся, Тамаринд! — воскликнула она.— Я всего лишь его клиентка.
Было уже около трех. Пора идти на летное поле, где она должна была встретиться с Себастьяном. Ее сердце трепетало от радостного ожидания. Облака рассеялись, и небо снова стало безмятежно-прекрасным. Она оставила покупки в хижине Тамаринда. Она знала, что Себастьян сам предложит отнести их к самолету. Лаура стояла с одной сумочкой в руках под нежарким солнцем и ждала.
Ждать пришлось долго. Прошел час, за ним другой. К тому моменту ее терпение почти иссякло. Перед закатом солнце вдруг стало печь ей голову, и она перешла в тень ближайшего дерева. Лаура трясло от ярости и страха.
В первую очередь Лаура опасалась, что с ним могло что-то случиться. Она пыталась убедить себя в том, что это малореально. Себастьян был отличным пилотом — одним из лучших — и она сама неоднократно убеждалась, что он может устранить любую неполадку. Себастьян был чрезвычайно осторожен. Она знала, что он нанял лучших механиков, чтобы его самолеты всегда были в отличном состоянии. Но даже при этом он всегда сам проверял двигатели. Даже если бы во время полета заглох мотор, он бы благополучно посадил самолет. Однажды он так уже делал.
Но тут же она вспомнила, что не только она была настороже во время их встречи. Не от нее одной исходила враждебность и обида. Может быть, он специально бросил ее здесь! Или это предположение было лишь плодом ее больного воображения?
Щеки Лауры горели. Она не ожидала, что он способен на такое, но кто знает. Ведь бросил же он ее два года назад. Однако, Лаура честно признавала, что тогда ситуация была другой. Он все-таки знал, что оставляет ее в чистой, удобной квартирке в Бангкоке, а не черт знает где. Она попыталась сохранять спокойствие и не поддаваться панике или гневу. Возможно, ему помешали какие-то обстоятельства. Но в ее голову все лезли навязчивые мысли. Как страшно будет, если она разозлится на него, а после узнает, что он погиб в катастрофе. Лаура похолодела от этой мысли. Но кто знает, может быть, он просто бросил ее здесь.
Когда уже почти стемнело, Лаура вернулась в деревню. Сгорая от стыда, она постучалась в дверь домика, где жила семья Тамаринда. Ей открыл отец мальчика. Увидев, что она одна, он был удивлен, но гостеприимно предложил ей войти. Лаура переступила через порог, чуть не плача от обиды и смущения. Она попыталась объяснить ему, что произошло.