Но даже в Таиланде я не сдавался. Я использовал каждую возможность, наводил справки, но безуспешно. Наконец, я тоже поверил, что ее больше нет, и долгое время влачил жалкое существование.
А потом я познакомился с тобой, Лаура, и мне показалось, что моя жизнь еще не кончена. Не сомневаюсь, что ты помнишь, что я даже заговаривал о браке. Но я никогда не рассказывал тебе о ней, потому что боль была еще свежа. Я еще не мог примириться с тем, что потерял ее хотя со временем обязательно бы все тебе рассказал.
Но произошло невозможное. Я узнал, что моя жена еще жива, но очень серьезно больна, и находится в маленькой камбоджийской деревне, куда ее отвезли друзья. Конечно, я сразу же туда поехал в сопровождении друга, который сообщил мне эту новость. Я хотел оставить тебе записку, но не успел. У меня не было времени.
Я нашел свою жену, Лаура, она умирала от чумы. Она была еще жива, когда я приехал, но — неудача — кто-то нас заложил. Полиция арестовала меня как шпиона. Три месяца меня продержали в местном карцере, пока не поняли, что обознались и не выпустили меня. Когда меня освободили, я вернулся в Таиланд. Я хотел найти тебя, но выяснил, что ты уехала в неизвестном направлении. Теперь ты знаешь все. Могу сказать одно: мне жаль, что все так получилось. Если я не вернусь, значит, я погиб или попал в плен. Лаура, я люблю тебя и всегда любил. Поверь мне и попытайся меня понять.
С любовью, Себастьян.»
Из-за слез Лаура едва дочитала последние строчки. Дрожащими руками она сложила письмо и сунула его в сумочку.
— Я не знала,— прошептала она.— Ничего не знала.— Любовь была так близко, но из-за дурацкой ревности и страхов она прогнала его. Лаура откинулась в мягком кресле и долго смотрела в окно на Бангкок. Острые шпили его храмов золотыми иглами рассекали небо. По улицам уверенно и беззаботно сновали люди. Она не могла поверить, что совсем недалеко ее любимого человека подстерегает опасность. Неожиданно в комнате затрезвонил телефон. Не говоря ни слова, Камилла подняла трубку. Минуту она слушала, потом быстро заговорила по-тайски. Сквозь слезы Лаура увидела, что черные глаза женщины расширились. Камилла вскрикнула и положила трубку.
Она метнулась к Лауре и облокотилась на столик, который стоял перед креслом, вцепившись в его края тонкими пальцами. Лаура увидела, что вьетнамка порозовела.
— Ман Уанг, диспетчер Себастьяна, сообщил мне, что местные власти предупредили его и другие аэродромы, чтобы они ожидали посадки какого-то самолета. К Бангкоку приближается сильно поврежденный самолет, с которым невозможно установить связь...
Возбуждение женщины передалось Лауре. Ее сердце заколотилось.
— Самолет? — Она боялась произнести вслух слова надежды. С криком она вскочила.— Мы должны туда поехать! Если это Себастьян, он постарается сесть на своем собственном летном поле, и даже если у него ничего не получится, мы узнаем все раньше, если будем там!
— Поехали! — закричала вьетнамка и схватила сумочку. Они с Лаурой выбежали из квартиры.
Им повезло. Они сразу же поймали такси. Пока они мчались по людным улицам, Лаура откинулась на спинку сиденья и про себя молилась. «О Боже, пусть это будет Себастьян. Спаси его, пожалуйста!». Он не мог погибнуть. Только не теперь, когда она знала всю правду.
На аэродроме Себастьяна их ожидал Ман Уанг. Он торопливо заговорил с Камиллой по-тайски, потом провел их на летное поле. Издалека они слышали шум двигателя, который становился все громче. Лаура напряженно вглядывалась в небо, пока не увидела крошечную точку, которая двигалась по направлению к ним.
Ее сердце сжалось от страха и надежды. Казалось, самолет потерял управление. Двигатель захлебывался и глох, словно борясь за свою жизнь.
— О, пожалуйста! — прошептала она и молитвенно сложила руки.— Пусть они благополучно приземлятся! — Даже если самолетом управлял другой летчик, она хотела, чтобы он остался невредим.
Самолет кружил над летным полем. Неожиданно она услышала странный звук. Двигатель окончательно заглох, и самолет, резко накренившись, вошел в штопор, стремительно приближаясь к земле.
— Нет! — Она не могла отвести от самолета остекленевших глаз. Неужели они спаслись от смерти в чужой стране, чтобы разбиться о цементное поле аэродрома?
Но вдруг, как прекрасный белый цветок, у нее на глазах под самолетом открылся парашют. Под куполом парашюта было двое людей, пристегнутых друг к другу ремнями. Поток ветра сносил их в сторону, но белый цветок спускался все ниже.
Где-то за летным полем раздался грохот, за которым последовал оглушительный взрыв. Краешком глаза она видела языки пламени, но почти не обращала на них внимание. Все ее мысли и чувства сосредоточились на людях, которые были уже совсем близко от земли.