— Это я тебя хотела спросить, что это?! — рявкает она и я отрываюсь от монитора ноутбука и смотрю на глянец.
— Какого х…! — выругался когда увидел мерзкую картинку и такую же мерзкую подпись под ней.
— Валеев, ты реально придурок или притворяешься?! — продолжает бить меня Марго.
— Думаешь она это специально устроила? — чешу бороду и вспоминаю тот вечер.
— А ты как думаешь? — огрызается женщина.
Черт. А ведь она вообще ничего не делала просто так. Вспомнить хотя бы падение Василисы. Она все обставила так, что со сцены, мы смотрелись как парочка целующихся. Это я потом понял, когда камеры смотрел. Василиса это увидела. И теперь вот это.
— Как думаешь, Вася уже видела это? — отталкиваю от себя журнал.
— Не знаю. — пожимает плечами. — Но могу узнать.
А вот и шпион! Сама ведь предложила все узнать. Я в курсе ее здоровья, а вот душевных мук и мыслей, нет. Да и врач говорил, что она скатывается в депрессию. А кто умеет найти нужные слова и подобрать ключик? Наша Марго это делает виртуозно.
— Знаешь, Рита, а ведь Василиса сейчас слишком подавлена своей временной инвалидностью. Она не представляла своей жизни без танцев. Когда я впервые увидел Васю, меня поразила плавность всех ее движений. Это не передать, понимаешь.
Откинулся на спинку кресла и сложил руки за голову. В мозгу сразу всплыла картинка, как девочка мыла окна и слушала музыку. Она танцевала и не замечала разинувшего рот парня. Для нее в тот момент существовала лишь музыка.
— Она многое пережила в своей жизни, но отказаться от танцев не смогла, даже когда балет был закрыт для нее. Она сильная, но черпала эти силы из музыки. А теперь она лишилась и этого.
— Ты же понимаешь, что ей нужна поддержка в лице тех, кто искренне любит ее?
— Понимаю. Но отец отказался от Василисы в пользу мачехи, которая сразу невзлюбила девочку.
— Я говорю о тебе! — хлопнула ладонью по подлокотнику и встала. — Ты должен быть рядом с ней! Скажи уже, наконец, девочке как сильно любишь ее!
— Она не поверит моим словам. — вздохнул. — У нас вообще очень странные отношения. Тогда давно я не говорил о чувствах, боясь казаться слабым.
— Глупости! — взвилась Марго. — Какие глупые отговорки, у вас, у мужиков! Слабость! Любовь это не слабость! Это сила! Это то, что дает женщине крылья и чувство защиты! Это забота! Как она может быть слабостью?!
— Сейчас я сам это понимаю! — в тон ей ответил и тоже встал.
— Так иди и скажи ей! — указала рукой на выход.
— После всего, она не поверит мне! Она считает, что я рядом из чувства виды. Из жалости. И потому, что это произошло в моем клубе! А после этого — ткнул в обложку журнала, — она вообще думает, что Света моя любовница.
— Так докажи ей обратное! Докажи влюбленной девочке, что ее чувства взаимны! — продолжила отстаивать свою точку зрения.
— Если бы все было так просто! — вздохнул и плюхнулся обратно в кресло.
— Да почему ты все усложняешь, Валеев! Твои тараканы растут вместе с тобой! — не сдавалась и давила Марго.
Думаете я не понимал, что слишком зациклен на своих заморочках? Все я прекрасно понимал. Но и понимал одну вещь — я должен вернуть доверие к себе! Если ненависть можно обернуть в любовь, то вот доверие не просто заслужить. И как этого добиться не всегда знаешь.
— Так ты сходишь к Василисе? — вернулся к ранее обсуждаемой теме.
— Схожу. — вздохнула Ритка и развернувшись на каблуках потопала к выходу. — Но знаешь что?! — уже у двери. — У меня для тебя ультиматум! Мы будем общаться как прежде, только при условии, что ты признаешься девочке в чувствах. А пока, не звони мне!
Вот же еще одна шантажистка! Она думает все так просто. Пошел, упал у ее ног и сказал что люблю! Да она посмеется и решит, что я так совесть свою успокаиваю. Еще и Светка эта, со своим фото! Чтоб ее!
******
— Привет, мой мотылек! — в палату впорхнула женщина, что столкнула нас с Валеевым.
Специально она это сделала или случайно, мне уже не важно. Но теперь она для меня навсегда является напоминанием перевернувшим мой мир. Опять перевернувшим мой мир. В какой момент все встало с ног на голову? Когда моя ненависть к Саше переросла в иное чувство? А была ли она вообще? Или это мой очередной самообман?
— Здравствуйте. — слабо улыбнулась в ответ.
Зачем она пришла? Ее прислал Валеев или это ее инициатива? Как бы там ни было, мне было приятно, что хоть кто-то вспомнил о инвалиде.
— Мне совсем и совсем не нравиться твое настроение! — поцокала языком и покачала головой.
Это напомнило мне как бранят маленьких детей. Ей еще нужно пальцем погрозить, для полноты картины. Улыбка непроизвольно растянулась на моих губах.