Вот и всё? Не будет уймы докучливых вопросов? Вот так вот просто? Он спросил – я ответила. Но не это снова заставляет жар прокатываться по моим щекам.
– Мы? – тихо переспрашиваю я и тут же добавляю. – Звучит многообещающе.
Майкл снова поднимает на меня взгляд и тихо, но уверенно говорит:
– Так и есть. Мы. Если ты этого хочешь…
Он не договаривает, а я не успеваю дать ответа. Со стороны спальни Мишель в стену, что находится между нашими комнатами, снова что-то прилетает. Это уже в третий раз. В первый Майкл отправился туда, а я ходила по комнате, заламывая руки и приставляя ухо к стене. Ничего не услышала, но позже Майкл сказал, что так Мишель справляется с тем, что должна будет вскоре сделать. Мне, естественно, неизвестно, что она такого должна совершить, чтобы так страдать. В этот раз Майкл не уходит к ней, но отвлекается на стук в дверь. Это Бильбо и он забирает Майкла с собой. Они уходят, а я остаюсь в комнате. Слушаю брань Мишель и серию очередных ударов, кажется, стулом о стену.
Иногда мы остаемся наедине с Мишель. Но не разговариваем. Она словно на меня злится. И, кажется, я догадываюсь из-за чего. Я не знаю, что было между ней и Майклом, но она видит, что сейчас он со мной. Наши отношения, если они вообще есть, не такие, как были у меня с Истоном. Истон постоянно на людях обнимал меня, целовал и вообще, кажется, всем давал понять, что я с ним. Но Майкл другой. Я бы сказала – занятой. Мы редко видимся, ещё реже разговариваем, и я понимаю почему. Но вот уже две ночи чувствую, как он приходит и ложится, прижимает меня к себе и засыпает, но на утро я снова оказываюсь одна. Что будет с нами, когда всё закончится? Буквально только что Майкл заявил, что мы со всем справимся. Как отреагирует папа?
Очень приятно осознавать, что "мы" – это новая реальность, а не мысли глупой девушки.
Истерика Мишель утихает, я подхожу к карте и рассматриваю её. Рядом лежит чертёж, к какому месту на карте он относится, мне непонятно.
Немногим позже, Майкл приносит одежду для приёма. Он будет облачён в чёрный смокинг, Мишель в элегантное красное платье, а я в черные брюки и белую рубашку. Я, видите ли, официант. Отлично.
Быстро приняв душ, облачаюсь в наряд и осматриваю себя в зеркало, стою посреди комнаты. Меня не так заботит наряд, как мои глаза. Привыкну ли я к ним когда-нибудь? Спорно. На меня словно сразу смотрит две личности – я и незнакомец. Это одновременно завораживает и пугает.
Дверь открывается, и в комнату входит Майкл, с его волос капает вода. Торс голый, а снизу Майкл прикрыт полотенцем. Он медленно идёт ко мне и лениво рассматривает мой нелепый наряд. Майкл останавливается, когда нас разделяет всего-то расстояние выдоха и, положив руки мне на бедра, притягивает к себе.
– Тебе идут рубашки, – говорит он, слишком внимательно рассматривая меня.
– Красное платье явно пошло бы больше, – отвечаю я с легкой улыбкой.
Майкл отрицательно качает головой, склоняется к моему уху и шепчет с жаром:
– Лучше… без всего.
Тихий смешок, наполненный смущением, заполняет пространство между нами. Упираюсь лбом ему в плечо и слышу, как Майкл тихо говорит, проводя рукой мне по спине:
– Напомни мне, чтобы у нас в доме всегда были белые рубашки. Хочу видеть тебя утром только в них. И больше ни в чём.
Вскидываю на него взгляд, и от улыбки больше не остаётся и следа.
У нас в доме.
В доме у нас.
У нас?
В доме?
Кажется, я недавно думала о том, что Майкл не напирает на меня. А вот теперь напирает… и мне это нравится. Всё изменилось. Он так долго отталкивал меня, что теперь каждое его слово на вес золота. А нужно-то было всего-навсего, чтоб меня покусал мутант.
Я ничего не успеваю сказать или спросить, Майкл наклоняется ко мне и целует. Провожу руками по его теплой коже и прижимаюсь ещё ближе. Майкл сильнее наклоняет голову и углубляет поцелуй. Хватаюсь за него так, словно он может раствориться и чувствую, как его руки сжимают меня ещё сильнее. И через секунду в дверь снова кто-то стучится. Майкл со злым рыком отстраняется от меня и бросает убийственный взгляд на дверь. Она распахивается, и в комнату заходит Мишель, в своём великолепном платье.
– Надеюсь, не помешала, – говорит она и улыбается щедро накрашенными губами. Повернувшись оголённой спиной, просит Майкла застегнуть ей молнию.
Вот же сучка!
Сама подхожу к ней и дергаю замок так сильно, что часть бегунка остаётся у меня в руках. Мишель оборачивается и, смотря на запчасть от платья, говорит:
– Да уж, – она переводит взгляд с меня на Майкла. – Мне тоже нравится пожестче.