– Прости, что опоздал.
– Да ладно уже, – пытается улыбнуться Алина. – Скажи лучше, как у нас дела...
Она думает, что я могу уехать без неё. Дурочка...
– У нас всё прекрасно!
Учитель уже вышел из класса, и я притягиваю Алину к себе. Нежно коснувшись желанных губ своими, заглядываю в карие глаза.
– Отец тебя отпустил. И вообще, у нас очень много дел. Надо собираться. Всё, пошли.
Но прежде, чем идти, зацеловываю Алину, наплевав на боль в раненой губе. Затискиваю до долбящего в груди сердца.
Кажется она в шоке… И сбивчиво говорит, что-то невпопад.
Быстро закинув её вещи в рюкзак, вешаю его на плечо. Тяну Алину за руку. В раздевалке помогаю ей одеться. Оказавшись во дворе, она тормозит и оборачивается на школьные окна.
– То есть мы сюда не вернёмся?
– Нет.
– И даже не попрощаемся ни с кем?
– Там нет никого, кто представляет ценность, – тяну Алину за ворота.
– А хоккеисты? Они были добры ко мне.
Она права.
– Я пошлю им благодарственное сообщение, – смеюсь я.
– Егор!.. – укоризненно смотрит на меня Алина.
– Ну ладно, – сдаюсь. – Вечером созвонимся с ними и, может быть, увидимся, чтобы попрощаться.
– И с Ромой!
– Точно. И с Ромой тоже, – вздыхаю я.
Снимаю сигналку с тачки.
– У тебя новая машина? – Алина шокированно смотрит на Вольво.
Поправляю её:
– У нас.
***
Прежде, чем сесть в машину, отправляю сообщение Громову.
«О своей безопасности я позабочусь сам. Спасибо. За всё».
Достаю симку и кидаю в снег. Всё. Оставьте меня все в покое. Дайте мне просто жить.
Раннее утро. Долгие проводы у капота машины со Столяровым. Он на нервах, Алина почти плачет. А вот баба Валя бодрячком. Рада, что на старости лет нужна молодёжи. Самый спокойный среди нас – Чёрный. Развалился на заднем сиденье и, медленно моргая, наблюдает за падающим снегом через стекло.
Аверьянов приезжал вчера и мы едва успели в ГАИ. Страховку сделали тоже на него, но без ограничений.
Дан сыпал шуточками, что Вольво отстой. И для себя бы он такую тачку не выбрал.
А когда он уезжал, в моей груди билось слишком болезненно.
Наконец мы трогаемся. Едем в какой-то микроскопический городок, который и не на каждой карте отмечен. Ко времени поступления в вуз переберёмся куда-нибудь ещё.
А я, дурак, мечтал, что смогу вернуться в родной город... Похоже, не в этой жизни...
Перед глазами всплывают лица близких друзей. Дан, Макс, Дамир... Я по ним скучаю. Даже больше, чем предполагал.
Если бы мне кто-нибудь предложил сейчас вернуться в начальную точку и сделать всё иначе: не связываться с мышкой, не просить её забираться в компьютер отца, не сажать его... Чтобы всё было как прежде... И я бы был сейчас там, в своём кругу. Не бегал бы, не прятался... Ни за что бы этого не сделал! Как охренительно, что ничего нельзя перемотать назад! Сожаления – это не моё.
Мы едем в далёкий чужой городок, в глушь. Я, моя девушка, бабушка Валя и кот.
Кто знал, что я окажусь в этой точке? Никто. И мне так кайфово здесь...
Нежная рука касается моей. Наши пальцы переплетаются. На секунду отвлекаюсь от дороги, смотрю на Алину.
– Всё нормально? – взволнованно спрашивает она.
– Неправильный вопрос, мышка. У нас не просто всё нормально. У нас всё охренительно!
Столяров поедет сегодня к Роберту. Тот названивал Алине, и она под нашим давлением отправила его в чёрный список. Но этот вопрос всё равно нужно закрыть. А потом тренер уедет к своей команде. Его отпуск за свой счёт подходит к концу.
Впереди у него новые горизонты – должность тренера в футбольном клубе «Феникс». Алина за него не переживает. Говорит, что он будет со своей второй семьёй – футбольной командой.
Но он обещал навестить нас в марте.
Паркуясь возле многоэтажки, не могу не порадоваться тому, как прилично выглядит двор. Детская площадка, места для парковки, лавочки, тротуар очищен от снега.
Кручу головой, хрустя позвонками шеи, разминаю затёкшие плечи. Алина оборачивается назад.
– Бабушка уснула, – говорит шёпотом.
– Не буди пока. Агента ещё нет.
Отстёгиваю себя и её. Притягиваю мышку за талию. Нам очень мешает консоль.
– Егор, что ты делаешь? – шикает Алина, покосившись на бабу Валю.
– Ловлю момент, – улыбаюсь я.
Нежно целую. Но с каждой секундой мой напор растёт, потому что Алина сладострастно отвечает мне...
Эпилог
Алина
Второе марта
Замерев у окна, осматриваю двор. Лысые деревья, грязный подтаявший снег и ни намёка на весну. Даже солнце сегодня не покажется, спрятавшись за тяжёлыми тучами.
Моей спины касаются тёплые ладони. Спускаются вниз до талии и скользят на живот. Егор прижимается ко мне всем телом, обнимая сзади.
– Ты просто ждёшь отца или тебе грустно? – шепчет у виска.
– Просто не люблю март, – признаюсь ему.
– Почему?
– Потому что уже весна, а за окном весны нет.
– Я понял. Ты не любишь весну в средних широтах. Тогда с вузом мы, получается, определились. Уезжаем в Краснодар.
Фыркаю, устраивая затылок на его плече. Как у Егора всё просто... Хочется солнечной тёплой весны в марте – значит, нужно переехать. Я люблю его и за это. За умение принимать быстрые решения. Мы с ним дополняем друг друга.
– Может, лучше дома сегодня посидим? – предлагаю неуверенным голосом.
– Не хочешь идти в... эммм... ресторан?
Хихикаю.
Егору сложно называть это заведение рестораном, потому что оно, на его взгляд, выглядит слишком непрезентабельным (отстойным, если дословно). А других ресторанов тут нет.
– Не очень, если честно. Лучше дома. Мы с бабушкой быстро приготовим салатики, сделаем жаркое. Ты купишь тортик.
– Хорошо. Всё будет так, как ты хочешь, малышка.
Разворачиваюсь лицом к Егору. Чтобы заглянуть в его глаза, приходится задирать голову. Кажется, благодаря тренировкам, он стал ещё выше и шире в плечах.
Здесь нет приличного ресторана, но нашёлся хороший тренер и небольшая секция по смешанным единоборствам. Три раза в неделю Егор проводит там вечера. Он чертовски устаёт, но возвращается очень довольный.
Егор стал гораздо спокойнее. Он выглядит счастливым. И с воодушевлением смотрит вперёд, на наше будущее. И меня заразил своей уверенностью в завтрашнем дне.
Да как вообще с Егором можно быть в чём-то неуверенной?
– Мне в магазин гнать? – спрашивает он, чмокнув меня в кончик носа.
– Да. Пойду, скажу бабушке, что остаёмся дома.
– Подожди, – удерживает, обняв за плечи. Вглядывается в глаза. – Ты всё равно какая-то не такая, Алин.
– Ну, конечно, – хитро улыбаюсь. – Я же стала старше, забыл?
– Ага. Забыл. Как же... Я начал думать об этом дне месяцев восемь назад и вспоминал о нём постоянно!
– Восемь?
– Ну да. С момента нашего знакомства.
– Неправда! Ты тогда не знал, когда мне исполнится восемнадцать.
– Ну, может быть, и не восемь. Но кажется, что я уже вечность этого жду.
Мои щёки пылают. Да, день икс наступил. Егор и правда терпеливо ждал его.
Раньше, в той его жизни, рядом с ним было множество красивых девушек, и он не отказывал себе ни в чём. А меня он ждал... И я люблю его и за это.
Я так его люблю, что иногда даже больно... Не верится, что мне так повезло.
– Ну всё, мышка, не нервничай, – скользит губами по моей скуле. – Я ведь ничего ещё не сделал.
О Боже... Он совсем не помогает мне расслабиться.
Прикусывает подбородок, нижнюю губу...
У меня буквально искры из глаз летят. А вдруг я его разочарую?
Но мы же надышаться друг на друга не можем, как я могу его разочаровать?
Рядом с Егором я уверена даже в этом. Потому что уверен он.
Нацеловывая мои щёки, он вдруг испускает протяжный стон.