Но зная точно — назад я уже не поверну.
Толпа гудела, как растревоженный улей.
Музыка рвала воздух на клочья, прожекторы рыскали по лицам, железо гудело, моторы взвывали на фоне ночи, будто где-то внутри этого заброшенного места притаилась сама дикая, первобытная свобода.
Скар вела меня через толпу уверенно, легко, как будто она хозяйка этого чертова мира. Я ощущала себя кем-то вроде туриста, который случайно попал на территорию, где живут по своим законам. Но, черт побери, мне это нравилось. Мне это по-настоящему нравилось.
— Вот они, — сказала она, подведя меня к кучке ребят, стоявших у старого фургона, превращённого в уличную зону отдыха. Там были кресла, светящиеся лампы, стол с энергетиками, чипсами и кучей проводов. Один из парней прямо сейчас залипал в экран, другой — что-то паял в машине, третья — татуированная девчонка с пирсингом в брови — смеялась, заплетая подруге косички прямо на капоте «ниссана».
— Ребята, это Кайра. Новенькая. С дороги.
— С кустов, — поправила одна из девушек, и все засмеялись.
Я усмехнулась. Они были… нормальными. Настоящими. Без фальши. Здесь никто не играл, никто не делал вид. Каждый был собой. Это резануло — до боли, до какой-то острой зависти.
— Чего стоим, о чём базар? — крикнул высокий парень в бейсболке.
— Да, давайте Кайре расскажем, как здесь всё устроено, — сказала Скар, плюхаясь на бампер.
— Это кольцевая трасса. Сегодня — пять заездов. Пять, Карл! — кричал один из парней. — Каждому нужен гонщик, ставка фиксирована. Кто выигрывает — забирает банк.
— А если гонщик падает? — спросила я.
— Ну, мы вызываем медиков, — равнодушно пожала плечами Скарлет. — Или вытаскиваем из кустов, смотря как повезёт.
Пока они смеялись, я почувствовала, как внутри разрастается странная дрожь. Не от страха — скорее от того, что я оказалась здесь. Словно это место нашло меня, а не наоборот.
Вдруг рядом кто-то сказал:
— Сейчас будет легендарная гонка.
— Он уже здесь? — переспросила Скарлет, прищурившись.
— Пока не вижу, — отозвался парень с пирсингом в брови. — Но он всегда приходит. И никогда не проигрывает.
— Кто он? — спросила я, вкинувшись в разговор.
Все вдруг притихли. Это было странно. Будто само имя боялись произносить.
И всё же Скарлет сказала:
— Тайга.
Имя упало, как камень в воду. Девчонки переглянулись, кто-то фыркнул, но в глазах у всех — огонь.
— Он как легенда, — пояснила Скарлет, — но не из тех, что рассказывают у костра. Его уважают, но боятся. Он и его друзья — не просто гонщики, Кайра. Это… другая лига. Когда он едет — моторы ревут по-другому, как будто понимают, кто на них сидит.
— И никогда не проигрывал? — переспросила я, не скрывая удивления.
— Никогда, — подтвердила она. — Сегодня он участвует во всех пяти. Если выиграет их — заберёт огромную сумму. Но если проиграет последний — проиграет всё. Всё, что успел заработать за вечер. Такая игра.
— А если… никто не сможет его победить?
— Так и бывает, — усмехнулась девушка в джинсах. — Все ставят на него, потому что это… безопасно. Он как чёртов ураган. Нельзя остановить.
И всё же я заметила в их глазах… не только восхищение. Что-то вроде тревоги. И напряжения. Как будто в эту ночь ставки выше, чем когда-либо. Как будто этот вечер — не просто очередной шоу-день.
Слово «Тайга» пульсировало у меня в висках. От него веяло опасностью, скоростью и… свободой. Такой, о какой я мечтала с детства, глядя, как отец уезжает по трассе прочь, оставляя за собой только грохот и ветер.
Мир вокруг гудел. А внутри уже начал рождаться вопрос, который я ещё не решалась произнести вслух:
А если бы я тоже… рискнула?
Толпа вдруг сжалась и притихла. Волна тишины прокатилась, будто кто-то вырубил звук — никаких выкриков, никакой музыки, даже рокот моторов замер. Люди начали расступаться, создавая в центре живой коридор. Я вытянула шею, стараясь разглядеть, что происходит, и тут увидела их.
Трое. Байкеры.
Они неспешно въехали на площадку, уверенно, не глядя по сторонам. Но один из них…
Он будто был из другого мира.
Широкие плечи, фигура бойца, движения — точные, уверенные, как будто его тело знало, что оно делает, ещё до того, как мозг отдавал команду. На нём была простая белая майка, плотно обтягивавшая его мускулистую грудь и руки, и тёмные спортивные штаны. Простота, но с каким-то пугающим достоинством. Его лицо скрывал шлем, но даже без него — он уже выделялся. Другие двое были в чёрном. Мрачные, как тень, не отстающие ни на шаг.
— А вот и они, — пробормотала Скарлет, наклоняясь ко мне.
— Думаю, ты поняла, кто из них Тайга.
Я молча кивнула, не отрывая взгляда.
Они остановились. Двигатели стихли. Он снял перчатки, потом снял шлем.