И я будто перестала дышать.
Слегка волнистые, тёмные волосы, обрамляющие лицо. Чёткие, резкие черты — будто выточены скульптором. Глаза я не разглядела, но уже знала, что они тёмные. Ухоженная щетина подчеркивала мужественность. Он был красив. Не как парень из школьного постера, нет — по-настоящему. Опасно. Зрело.
Я словно на секунду забыла, где нахожусь.
Но он не смотрел в мою сторону. Даже не подозревал о моём существовании. И, почему-то, мне это показалось… раздражающим.
К нему тут же подскочила девушка в коротком топе, с густыми чёрными волосами и маникюром цвета крови. Она повисла на его руке, начала что-то мурлыкать. Тайга даже не ответил. Просто отмахнулся от неё, как от назойливой мухи. Лицо его оставалось совершенно спокойным. Ледяное спокойствие.
— Без шансов, малышка, — усмехнулась Скарлет, наблюдая за той сценой. — Они все к нему лезут, а он… никого не подпускает.
Где-то сверху зашипели колонки. Сорванный голос начал выкрикивать что-то, и народ снова взревел.
— ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ!
Через две минуты начнётся первая гонка вечера! —
Гул толпы стал почти физическим. Кто-то кричал имя Тайги, кто-то делал ставки, кто-то просто визжал от возбуждения.
Из-за деревьев подъехал ещё один байкер. Без шлема. Худощавый, но рельефный. На его руках и шее — чёрные татуировки. Светлые волосы, немного взлохмаченные. Он выглядел опасно, но по-другому. Более дико. Более… безрассудно. Его звали Лукас. Это стало ясно по тому, как его имя начали перекрикивать из толпы.
— Лукас и Тайга, — пробормотала Скарлет. — Это будет мясо. Они ненавидят друг друга. Видишь, как смотрят?
Я смотрела.
Они действительно не просто соперники. Это был какой-то хищный, первобытный взгляд. Как у двух волков, застывших перед схваткой.
Байки выстроились у старта. Ровный гул двигателей. Над ними встала девушка в коротких чёрных кожаных шортах и белой майке. Грид-гёрлз. Она держала флаг в руке.
Плечи напряжены. Все ждали.
Громкоговоритель снова заговорил:
— 3…
Толпа затихла.
— 2…
Я чувствовала, как сердце стучит где-то в горле.
— 1…
Флаг взметнулся вверх. Девушка прогнулась в спине, сделав этот манёвр почти театральным.
И…
ВЗРЫВ.
Байки рванули вперёд. Огонь, дым, рев моторов.
Воздух задрожал. Асфальт будто закричал.
Лукас и Тайга выстрелили как пули, оставляя за собой шлейф густого дыма и запаха палёной резины. Ещё трое позади них, но они не имели значения.
Все смотрели только на двух лидеров. На двух зверей.
Тайга вёл себя как хищник, уверенный в своей территории. Никаких резких движений, но каждый поворот — выверен до миллиметра. Лукас же летел как безумец, в диком азартном порыве. Один был холодом, другой — пламенем.
Я стояла в толпе, забыв, что вообще-то попала сюда случайно. Что это не моя жизнь.
Но сейчас… она уже была моей.
Каждая секунда.
Моторы ревели, будто взбесились. Звук дробил воздух, разрывал его на части, будто кто-то с каждой секундой подтягивал струны мира, натягивая их до предела. Дрожь асфальта от резины и скорости передавалась в грудь, в позвоночник — я чувствовала, как земля под ногами будто пульсировала в унисон с их адреналином.
На огромном экране над стартовой зоной вспыхнула камера. Тайга.
Он будто не просто ехал — он управлял стихией. Его байк слушался каждого движения тела, и каждое движение было безупречно. Камера приближалась — его лицо под шлемом, сосредоточенное, мрачное, напряжённое. Он был весь — напряжённый нерв, сжатая пружина, чистая концентрация.
Где-то глубоко внутри я ловила себя на том, что не могу отвести взгляд.
Не могу дышать.
И — будто не по своей воле — болею за него.
Не знаю, почему.
Может, потому что он был красив как грех, или потому что в нём было что-то... дикое, свободное, что я чувствовала в себе. Может, потому что все на него ставили. Может, потому что он ехал так, будто за ним — пламя.
— Он сейчас рискует... — прошептала Скарлет. Я едва слышала её за гулом.
Я смотрела, как они влетают в крутой поворот — Лукас настигает его, идёт рядом, как тень. И в этот момент оба поднимаются почти вертикально — кто-то в толпе вскрикнул, потому что, казалось, они должны были упасть. Но нет.
Они проходили каждый вираж так, будто знали гравитацию лично.
Тайга вёл на первых двух кругах, но Лукас был безумен. Он лез буквально под колёса, рискуя и собой, и соперником. Дважды я видела, как его заднее колесо начинало вилять, цепляя щебень на обочине — ещё чуть-чуть, и он мог вылететь.
Но нет.
Он был, как бешеный пёс, которого не остановить, пока не доберётся до цели.
Тайга держал дистанцию, хладнокровный и сосредоточенный.