Принял душ и переодевшись спустился в столовую, где уже ожидал ужин. Решил подкинуть дров и услышал мягкие шаги. Она снова босиком!
–Добрый вечер! Присаживайся,– налил вина в бокалы и сел следом.
–Вы много работаете, из-за этого у вас нет семьи?– снова ее «вы».
–Не из-за этого. Попробуй блюдо, Рада великолепный повар.
–Извините, если обидела личным вопросом,– снова этот пугливый зайчик.
–Ты можешь задавать любой вопрос. Проблема в том, что для меня жена это не только продолжение рода, но и любимая женщина и увы, я оказался однолюбом,– отпил вина.
–Я вам не дочь?– чуть вилку не выронил.
–Нет! Мы даже не похожи,– пожала своими маленькими плечами.
–Я могла бы быть похожа на маму. Откуда я у вас?– просмотрела на меня из под ресниц, улыбнулся ей.
–Был у меня должник, и мы наведались к его семье,…не смотри так, ты же должна была понять, что я не ангел,– смотрит испуганно с ноткой осуждение.
Это жизнь милая и чем быстрее поймёшь, тем лучше для тебя же.
–Нет. Нет, конечно, просто непривычно о таком слышать.
–Правда всегда отрезвляет, ложью тебя и так избаловали!– губки поджала, вот теперь лучше.– Приехали к его семье. Дом дряхлый, а внутри подросток, обколотый и женщина под кайфом. Что с них было взять?! Уже собрались уходить, как услышали детский плач. Решил, что ребенка надо брать, может с помощью дитя долг вернуть. Оно знаешь, родительский инстинкт не у всех притуплен. Но, увы!– смотрит сердито, а я вспоминаю и как будто вновь там.
–Я им не нужна была! А вам чем приглянулась?!
–Подгузником! Тебе полгода тогда было. Просто тогда осознал, что готов воспитать дитя,– обновил бокалы.
–Вы могли завести родного!– неугомонная.
–Я не могу иметь детей, в детстве сильно болел.
–Мне жаль.
Этого ещё не хватает.
–Не смей испытывать жалось к кому либо!
–Да вы не выносимы! Как можно указывать другим, что чувствовать?! Жалость нельзя, любовь нельзя, что ещё под запретом в вашем доме?!– подскочила и уперлась взглядом в меня.
–Ты ещё не знаешь ничего ни о любви, ни о жалости! Сядь!
Любит она! Сжал кулаки до боли. Отрезвляет немного. Не села.
–Я пленница?!
–Нет.
Она решила довести меня до белого колена.
–Тогда я хочу уйти! Вы жестокий и вселяете ужас в людей!
–И куда же ты пойдешь, девочка? К брату? Или к его дружку?!
–Вас это не касается, возможно, мне будет лучше с ними!
Не знаю, в какой миг это произошло, но мне просто снесло голову. Я встал и в два шага оказался возле нее. Ее гнев был настолько осязаем, что можно схватить рукой. Глаза горят, щеки красные, а волосы переливаются пеплом. Искренние эмоции юности.
Не помня себя, притянул ее за затылок к себе и впился в ее мягкие губы. Не встретив сопротивление, прижал сильнее.
Подхватил за упругую попу и посадил на стол. Провел рукой по позвонкам, и она выгнулась навстречу. Оторвался от губ и потянул волосы вниз, открывая доступ к шее. Нежно целую и прикусываю гладкую кожу. Сбивчивое дыхание выдает ее состояние
–Такая маленькая…такая сладкая…раздвинь ноги!
И она послушала. Сделал шаг, оказавшись между ее ног, стянул футболку и приник губами к аккуратному соску. Стон сорвался с ее губ.
Я понял, что меня уже ничего не остановит. В штанах тесно от налившегося члена. Болезненно пульсируя, просится наружу.
Маленькие ручки схватили за край футболки и потянули вверх, оголяя накаченный торс с волосяной дорожкой. Приник к ее губам, и жёстко сминая губы, приподнял и стянул с ее попки штаны с бельем.
Мне открылся божественный вид, хрупкое девичье тело дрожит, аккуратная грудь с острыми сосками вздымаются от частых вдохов, раздвинутые ноги приглашают войти. Обхватил лицо руками, поставил клеймо губами.
–Отныне только моя!
Нежные пальчики прикоснулись к груди и проделав дорожку вниз к ремню, стали расстёгивать ремень. Ее руки дрожат, помог и снял штаны с боксерами. Мой член почувствовал свободу, и взгляд малышки округлился.
Сжал сосок, а другой втянул губами. Тонкое тело выгнулось, пальцами раздвинул складку и круговыми движениями массирую клитор. Задрожала, чуть откинулась назад, облокотившись на руку, другой схватилась за мою шею. Стоны вырываются с губ.
–Какая мокрая!
Она уже на грани, и я теряю рассудок. Сжал головку члена и размазал каплю смазки. Сорвал с губ поцелуй и отбросил на спину. Пододвинул за бедра ближе к краю стола и навис над ней.
Провел пальцами по клитору и помассировал тугую щель. Девочка задрожала, готовая кончить от первого толчка.
–Сейчас, моя девочка, потерпи!