Не став дожидаться благодарности от перепуганной матери, ведьма отошла к лежащему на дороге телу. Она, впрочем, уже давно перестала ждать от людей чего-то хорошего за её помощь. Поэтому, если уж помогала кому-то, то всегда предпочитала сразу же исчезнуть от них как можно дальше, избегая лишних проблем.
-О чём ты думаешь? – взлетел ворон на её плечо.
-Что если он отравил их? ...
-С чего такая догадка? Вдруг ему просто не понравился твой вид и манера речи. Зная тебя, такой расклад куда более вероятен.
-Ну спасибо…
-Да я любя. Лучше быть настоящим и нравится одному, даже если это будешь ты сам, чем быть фальшивым в толпе. Мне ты нравишься, а это самое главное.
-Без тебя я бы совсем никому не нравилась. Думаю, это говорит о многом… - скрывая лёгкую печаль за усмешкой, отметила Агнесса.
-Если бы не было меня, тогда тебе бы пришлось самой поверить в себя и полюбить. Хотя, конечно же, было бы здорово, если бы ты сделала это и сейчас. Думаю, самое важное в жизни – это подружиться со своей собственной головой, остальное вытекает уже из этого.
-Это тяжело… У нас с ней очень напряжённые отношения.
-Я заметил. Но в любом случае, это того стоит.
-Всё же я заколдую его, – неумело перевела тему Агнесса, хотя пернатый был совсем и не против. Быстро переключившись, тут же спросил:
-Как именно? И ты уверена, что стоит ещё больше расходовать магию?
Вместо ответа девушка по-кошачьи улыбнулась и стала медленно колдовать над ним, тщательно вырисовывая плавные движения руками над телом мужчины.
Закончив, компания вскочила на коней, собравшись в путь.
-Он очнётся минут через пять. Будь уверена, больше он не сможет причинить вам никакого вреда.
Женщина начала благодарить свою спасительницу, но её слова утонули в дорожной пыли, вылетающий из-под копыт двух всадников.
-Скажи, что ты сделала с ним? – спросил Эльрик, когда они были уже далеко.
-Всего лишь создала защитное зеркало. Теперь, когда он захочет навредить кому-нибудь – он будет вредить себе, понимая это только тогда, когда уже закончит.
-Справедливо, – улыбнулся рыжий.
-Я развлекалась так, когда мне было 20. Часами сидела на площади, выискивая лучших кандидатов, а когда они оставались одни - незаметно применяла магию.
-Ты жила тогда совсем одна? – вспомнил её историю Рик.
-Да… Тогда ещё да.
-Тогда ещё? – поинтересовался ворон. – А после ты говоришь обо мне или о ком-то другом?
До этого момента птица не особо интересовалась прошлым девушки, замечая, что та всегда стремилась перевести тему, отвечая вскользь. Но сейчас, боясь её потерять как никогда прежде, он не хотел упускать с ней ни одной минуты, ни одного слова, вылетающего из её уст.
-Не помню. Это было так давно…
- «Давно»? Погоди, а сколько тебе сейчас?
-Не очень много.
-Я могу узнать или лучше не спрашивать?
-А это будет иметь значение? – хмыкнула Агнесса, - Что поменяет знание о моем возрасте?
Она даже не смотрела в его сторону, зато вот ворон не отводил от него своих чёрных глаз.
-Да, думаю, ты права и это действительно ничего не меняет. Мне просто любопытно… Но, конечно же, я не настаиваю...
-Люди всегда задают этот вопрос, говоря, что это не имеет значения. Вот только их отношение сразу меняется к тебе, когда они слышат правду, которая не соответствует их ожиданиям.
-И что потом? ...
-А потом они идут с вилами и факелами в твой дом, оставляя после себя один лишь горящий уголь.
-Мы слишком часто такое проходили… - поясняет ворон. – В те времена люди были куда хуже.
-Нет, они ужасны на все времена.
-Но ведь не могут быть все такими…
Осознав, что сказала, ведьма немного смутилась, но после добавила:
-Я ещё не встречала других на своём пути. Мне всегда приходилось скрывать от людей кто я, чтобы жить спокойно.
Ворон неоднозначно хмыкнул.
-Будто твоей скрытности хватало надолго. До первой серьёзной раны у кого-то, верно?
Агнесса отвела взгляд, предпочитая просто проигнорировать эту реплику, однако Рик решил продолжить.
-Тогда зачем ты им помогаешь?
-Потому что я другая.
И поторопив коня, ведьма вырвалась немного вперёд, избегая дальнейшего общения.
Остаток пути до привала прошёл без происшествий. Попадались несколько путников на дороге, но они ограничивались лишь презрительными взглядами в сторону Агнессы, и никогда не переходили в активные действия против неё. Скорее всего, такой эффект оказывал на них рыжеволосый крепкий всадник рядом с ней.
«Ну что ж, хоть какая-то от него польза» думала девушка, пытаясь отвлечься от переживаний по поводу своего разоблачения. Она с каждым днём чувствовала себя слабее, и выполнение даже привычных вещей для неё становилось куда тяжелее, чем раньше. Силы покидали её уж слишком стремительно. И, если смерти она не боялась, то вот умирать от рук инквизиции ей совсем не хотелось. К тому же, ей было стыдно перед вороном за свой поступок, и за мысли, преследующие её постоянно.