Усталость, к сожалению, не лёгкий шарф, который за ненадобностью можно убрать подальше в шкаф, но – груда камней, придавливающая тебя к земле. Мешающая не только двигаться, но и свободно вздохнуть…
Обустраиваясь на очередной привал, компания забрела куда глубже в лес, чем раньше. Ведьма, беспокоившаяся о возможной погоне, тем более после дневного происшествия, решила таким образом обезопасить всех.
-Скажи, почему ты выбрал именно эту лошадь? – Ворон проводил взглядом, спрыгнувшего на землю, Рика.
-А что не так? – замешкался он, не поняв сути вопроса.
-Ты мог выбрать любого коня, например, похожего, которого взял для Агнессы. Он явно превосходит по силе твою, но ты выбрал её. Почему?
-Она моя верная подруга. Мы как-то сразу поладили в конюшне, и я просто не смог бы её там оставить.
Удовлетворённый ответом, Ворон кивнул и перелетел ближе к девушке, которая усердно делала вид, что не слушает их.
«Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы полагать, что это простое любопытство. Что за проверку ты ему устроил и зачем?»
Вслух же, она так ничего и не сказала.
-Но, а всё же, как работает магия?
-Что? – Агнесса, ушедшая так далеко в себя, даже не услышала вопроса.
-Вы тогда сказали, что магией нельзя сделать что-то материальное. Но как она тогда работает? Я не очень понимаю это.
-Магия — это внутренняя энергия ведьмы, она у каждой есть. Это навык, который можно развить. Скажем, как физическая форма, - обратила внимание на крепкое телосложение своего собеседника, - Ты же не можешь из своей хорошей формы сделать торт. Вот так и я не могу из энергии сделать что-то материальное.
-А что с помощью магии можно делать?
-Многое. Можно управлять стихиями. Насылать ветер или песок, землю, поднимать воду или управлять огнём. Но, конечно, хоть с первым двумя всё относительно просто, то вот с последними, только если они есть под рукой, либо же если ты достаточно силён для этого. Некоторые маги способны получат воду прямо из воздуха и добывать огонь, поджигая собственную магию, но на это уходят десятилетия упорных тренировок. Также можно создавать заклятия… - увидев слегка растерянное лицо Рика, она, смягчившись, добавила, чтобы не пугать его слишком сильно, - Но в основном ведьмы просто занимаются целительством и разговаривают с животными. Мы мирные, если на нас не нападать.
-Но как же истории о злых колдуньях, которые похищают детишек и убивают целые деревни?
Ведьма ответила не сразу, с трудом подбирая слова:
-В основном такие истории придумывают люди. Но ты прав, есть и среди ведьм жестокие волшебницы. Вот только, их совсем не много. Не столько, сколько рисует в воображение людской разум.
-Но они есть…
-Да, также, как и люди, убивающие ведьм тысячами! И это лишь те, кто действительно ведьмы. А сколько загубили тех, кто даже косвенно не был связан с магией?
-Прости, я не подумал об этом…
-В каждом народе есть поистине жестокие личности, проливающие много крови. Но не стоит ровнять под них всех. Это просто несправедливо и мешает спокойно жить остальным, - закончила раздражённо Агнесса, и тишина, оглушающей волной, накрыла уставших путников, позволяя лишь треску костра тихо нарушать её.
Спустя время напряжённая обстановка разрядилась, а беседа перетекла в более лёгкие темы. Но тут случилось то, что никто из собравшихся явно не ожидал…
Совсем рядом хрустнула ветка. И это могло значить только одно – за ними следят.
Вскочив, все трое начали вглядываться в темноту. Но, к их несчастью, тьма любовно скрывала таинственного преследователя, который пока что не спешил выходить из тени.
Снова звук ломающихся ветвей, вот только уже совсем с другой стороны…
«Вот чёрт! Их несколько, - думала Агнесса, озираясь по сторонам. – Нужно справиться без магии, иначе я не дотяну до Скансеса. В крайнем случае, отвлеку их лёгким заклинанием и бежать. Не позволю убить себя инквизиции!»
Ветки ломались всё ближе, выдавая движение неизвестных.
Эльрик, выхватив из ножен свой клинок, стал в стойку, молча ожидая прихода незваных гостей.
Ворон, тоже не выдержав напряжения, перелетел на дерево в попытке разглядеть тех, кто решил нарушить их покой. Но не успел он коснуться ветки, как всех оглушил жалобный крик лошади. Безумно вертясь, та пыталась скинуть с ноги серую массу. Волк, прокусивший ей переднюю ногу, сдался не сразу, повисев на ней какое-то время.