— Именно.
— В престижной академии…
— Да.
Кавер медленно поставил бокал на стол.
— Ты. Отказался. От работы. В престижной академии. Преподавателем физики.
— Отец, я же только что это сказал.
Кавер прикрыл глаза.
— Сынок, я всегда знал, что ты умен, но иногда ты делаешь такие вещи… — Он сделал паузу, потом с улыбкой добавил: — …что мне хочется тебя слегка придушить.
Кайан закатил глаза.
— Да брось, мне это не нужно.
— Не нужно? — Кавер чуть подался вперёд. — То есть ты, человек с феноменальной памятью, способный решать сложнейшие задачи в уме, не хочешь применить свои таланты?
— Я просто не вижу смысла.
Кавер изобразил разочарование.
— Какой позор. Я думал, ты гений, а ты… бездельник.
— Я не бездельник, я занят поисками.
— Поисками чего?
Кайан нахмурился.
— Это неважно.
— А-а-а, понятно. Ты просто боишься, что студенты будут в тебя влюбляться, потому что ты слишком красив, — многозначительно сказал Кавер, отпивая вино.
— ЧТО?!
— Ну а что? Молодой, умный, харизматичный… Ученицы штабелями падать будут.
Кайан поморщился.
— Отец…
— Ладно-ладно, не злись, — Кавер отмахнулся. — Просто подумай. Ты ведь всё равно не знаешь, где она.
Кайан напрягся.
— Кто — она?
— Ну, твоя… таинственная цель.
Кайан сузил глаза.
— Я не говорил, что ищу кого-то конкретного.
— Конечно-конечно.
Кавер сделал невинное лицо.
— Просто забавно, что ты упорно игнорируешь шанс использовать свой ум.
Кайан задумался.
— Хм…
— Что?
— Думаешь, я правда был бы хорошим преподавателем?
Кавер широко улыбнулся.
— О, сынок. Ты станешь самым чертовски гениальным преподавателем в истории.
На следующее утро в академию ушло сообщение:
«Я согласен».
Глава 8. Ох уж эти студентки
После того случая с алкоголем Эбигейл будто стала мудрее. Она перестала тратить время и деньги попусту, больше не искала утешения в бутылке. Вместо этого она начала учиться чему-то новому, но действительно интересовавшему её. Домашняя кухня — вот что стало её спасением.
Сначала она просто искала рецепты, пробовала, совершенствовала навыки. Потом, по совету Луны, решила снимать видео и делиться своими находками с подписчиками. Со временем у неё даже появилась небольшая аудитория. Иногда было тяжело — готовка, съёмки, монтаж, уход за домом… Видя, как усердно трудится его жена, Адриан решил помочь. В один прекрасный день он снял для неё небольшую студию и сделал сюрприз.
Когда Эбигейл увидела оборудованное пространство, её глаза наполнились слезами. Она была искренне благодарна мужу — впервые за долгое время.
Тем временем Теодор отвёз молодого преподавателя Кайана Калсона в престижную академию.
Студентки ахнули при его появлении. Высокий, красивый, ухоженный, с подтянутым телосложением — он выглядел так, будто сошёл с обложки модного журнала.
Кайан же не придавал этому значения. Он спокойно провёл свой первый день преподавателя, раздал задания, ответил на вопросы… и даже не подозревал, что объект его поисков — Луна — тоже учится в этой академии.
Правда, Луна почти не посещала занятия по физике. Она была творческой личностью и выбрала курс лишь для общего развития. В этот день она вовсе пропустила урок — готовилась к экзаменам в библиотеке.
Когда Кайан уехал, не проявив никакого интереса к студенткам и учебному процессу. Луна сидела в библиотеке, склонившись над конспектами, когда её подруги, Софи и Мира, буквально ворвались в тишину учебного зала. Обе сияли, будто только что узнали величайшую тайну вселенной.
— Боже, Луна, ты не поверишь! — Софи плюхнулась на стул напротив, сжав руки у груди, будто собиралась взорваться от восторга.
— Что случилось? — Луна подняла голову, немного удивлённая их возбужденным видом.
— Новый преподаватель по физике! — с придыханием выдохнула Мира, чуть не падая на стул рядом.
— И? — Луна приподняла бровь, не понимая, почему это должно её волновать.
— И?! — ахнула Софи. — Луна, да ты просто не видела его! Он… он…
— Высокий, красивый, ухоженный, подтянутый, — подхватила Мира, загибая пальцы. — Волосы чуть взъерошенные, как будто он только что встал с постели, но ему это только к лицу! А голос? Низкий, бархатный!
— Прямо как в романах, которые ты читаешь, — фыркнула Луна, возвращаясь к учебнику.
— Лучше! — категорично заявила Софи. — В романах такого не описать. Когда он вошёл в аудиторию, половина девчонок чуть не упала в обморок!