Не девочка.
Мальчик.
Всё внутри него закипело от ярости. Он сделал ошибку. Его мечта рухнула. Он ожидал увидеть Анабель, но перед ним было нечто другое.
Но стоило ему встретиться с глазами младенца, как он вдруг понял: нет, не ошибка. Это даже лучше.
Мальчик был его наследником. Приемником. Его солдатом.
Будущее теперь принадлежало Кайану.
Бессмертие
Каждые шесть месяцев Кавер вводил ребёнку новые дозы препарата. Сначала малыш плакал, его тело сотрясалось от жара, но постепенно становилось крепче, сильнее.
К пяти годам процесс был завершён.
Кайан Калсон больше не был просто человеком. Он был чем-то большим.
Теперь оставалось только наблюдать, как его создание будет развиваться.
Глава 39. Созданный но не рожденный
Эксперимент: Испытание на бессмертие
Кавер Калсон стоял в тени, наблюдая за мальчиком, который был не просто ребёнком. Он был чем-то большим. Он был воплощением идеи, ради которой Кавер отдал бы всё.
Но насколько далеко зашла его работа? Насколько Кайан был силён?
Кавер заполнил ванну ледяной водой и поднял мальчика на руки.
— Хочешь поиграть, сынок?
Кайан, пятилетний мальчик с тёмными глазами, весело рассмеялся и кивнул. Он любил, когда отец обращал на него внимание.
Кавер аккуратно опустил его в воду.
Мальчик захихикал, пуская пузыри, пока отец мягко держал его под водой. Секунда. Две. Пять.
Смех Кайана стал тише, но он не барахтался, не паниковал, не дёргался, как сделал бы обычный ребёнок.
Десять секунд.
Двадцать.
Тридцать.
Кавер усилил нажим. Сердце билось быстрее, мысли путались.
Мальчик должен был вырываться. Его лёгкие должны были сдаваться.
Но Кайан открыл глаза под водой.
И улыбнулся.
Кавер вздрогнул.
Мальчик не просто не тонул — он дышал под водой. Без малейшего признака дискомфорта. Он думал, что отец просто играет с ним.
Кавер резко выдернул сына из ванны, поставил на пол.
— Ты… ты в порядке?
Кайан снова улыбнулся и радостно кивнул, стряхивая с себя капли воды.
Кавер смотрел на него широко раскрытыми глазами. Это было невероятно.
Препарат работал.
Мальчик был неуязвим.
Испытания продолжаются
Кайан рос, и его необычные способности проявлялись сами собой.
Однажды он играл в лаборатории, когда его рука соскользнула на острый хирургический скальпель. Острие должно было вспороть кожу, оставить глубокую рану…
Но Кайан просто моргнул, посмотрел на руку — и ничего.
Даже царапины.
В другой раз он, смеясь, бегал по двору, споткнулся и упал прямо на металлический штырь. Кавер замер, ожидая крика.
Но мальчик лишь поднялся, отряхнулся…
И побежал дальше.
А потом случилось нечто, что Кавер не мог предсказать.
Кайан сидел у костра в саду, наблюдая за тем, как полыхают дрова. Пламя отражалось в его глазах, притягивало, завораживало…
Мальчик медленно протянул руку.
Кавер даже не сразу понял, что происходит, пока не увидел, как крошечные пальцы сомкнулись вокруг тлеющего бревна.
Огонь лизнул кожу.
Запах гари наполнил воздух.
Кавер вскочил:
— Кайан!
Но мальчик не кричал. Не отдёргивал руку.
Он просто сидел, глядя на пламя в ладонях.
Кавер подбежал, схватил его за плечи, выдернул из огня.
— Ты что творишь?!
Кайан посмотрел на него с лёгким удивлением.
— Оно тёплое, папа. Мне не больно.
Кавер медленно разжал его пальцы. Ни ожога, ни волдыря, даже покраснения.
Глаза учёного широко раскрылись.
Препарат сделал своё дело.
Кайан был неуязвим.
Кавер глубоко вдохнул и медленно выдохнул, кладя руки на плечи сына.
— Не играй с огнём, сынок, — тихо сказал он.
Но где-то в глубине души он понял — этот ребёнок мог стать чем-то гораздо большим, чем он когда-либо задумывал.
Глава 40. Исчезновение сына
Кавер Калсон сидел в тёмном кабинете, один, подперев лоб рукой. В его глазах не было обычного хладнокровного расчёта — только напряжённая, мучительная тишина, которой эхом отзывались мысли.
Кайан пропал.
Его сына нигде не было.
Кавер поднялся, медленно прошёлся по комнате. Веки налились тяжестью, но он даже не пытался уснуть. Внутри всё кипело.
— Куда ты ушёл?.. — тихо спросил он в пустоту.
Он всегда знал, где Кайан. Всегда. Мальчик был предсказуем — он делился мыслями, идеями, планами. Но в последнее время что-то изменилось. Кайан стал молчаливым, отстранённым. Только драконы, только его видения… Ничего больше.