Адриан резко поднял голову, недоумение отразилось на его лице.
— Эбигейл, ты знала, что этот Кайан преподавал Луне физику?
— Нет, конечно, — ответила Эбигейл, нахмурившись.
Мира удивлённо наклонилась вперёд.
— Так вы знаете его?
Адриан задумался на мгновение, словно рыщущий в памяти архивариус, прежде чем ответить:
— Ну, был такой случай… Мы его видели один раз. Это было лет три назад. Он сын богатого Кавера Калсона, у них было поместье здесь, но сейчас там пусто. Скота нет, людей тоже. Он был городским парнишкой, помню, как он шарахался от всего на ферме…
Эбигейл продолжила за него, её голос стал тише:
— Но однажды… он просто упал. Судороги. Кавер увёз его в больницу, и после этого… всё. Будто испарился. Потом я слышала, что он впал в кому.
В наступившей тишине послышался удивлённый выдох Леона.
— Вот это история! Прям как в кино!
Энзо молча отвесил ему подзатыльник.
— Мы тут не для того, чтобы байки слушать. Мы должны найти Луну!
— Ребята, успокойтесь, — Софи подняла руки, призывая к разуму. — Мы и пришли сюда, чтобы помочь. Но сначала… надо понять, во что мы вообще ввязались.
Все переглянулись. История с Кайаном Калсоном теперь казалась не просто странной — она была ещё одной головоломкой, связанной с исчезновением Луны.
Глава 3. Откровение
Кавер Калсон въехал на территорию старой хижины, поскрипывая тормозами на влажной земле. Фонари машины выхватили из темноты фигуру, стоявшую у крыльца. Кайан. Его сын. Тот, кого он искал.
Теодор не ошибся – Кайан действительно был здесь.
Кавер вышел из машины и хлопнул дверью, глядя на сына с тяжестью в глазах.
— Вы искали меня, отец? — спокойно спросил Кайан, но голос его был напряжённым.
— Куда ты пропал, сынок? — голос Кавера был твёрд, но в нём сквозила усталость.
— Я же сказал, что видел видение, — Кайан скрестил руки на груди. — И эти видения привели меня сюда.
Кавер шагнул ближе, нахмурившись.
— И что за видение, раз уж ты даже не предупредил меня и уехал из Бейклиффа?!
Кайан встретился с ним взглядом, и в глубине его тёмных глаз плескалось нечто пугающее.
— Грядёт Апокалипсис, отец. Это всё, что нужно знать. Не война. Не мятеж. А настоящий конец всему.
Кавер прищурился, напряжённо всматриваясь в лицо сына.
— Что за чушь? Может быть, всё это просто сон?
Кайан резко шагнул вперёд, его голос сорвался на крик:
— Отец! Всё, что я видел, сбывается! Ты не понимаешь! Это не сон!
— Поехали домой. Сейчас же. — Кавер сжал кулаки. — Ты сошёл с ума!
Кайан глубоко вдохнул и выдохнул.
— Отец, я не знаю, получится ли… но посмотри сам.
Он протянул руку и прикоснулся к виску Кавера.
Мир вокруг них разорвался.
Темнота. Грохот. Земля дрожит, трещины бегут по камням. Извергающийся вулкан багровым светом окрашивает небо, и вот он – силуэт, столь огромный, что разум отказывается это принимать. Крылья, словно горные хребты. Глаза, подобные двум пламенеющим солнцам. Открывающаяся пасть, из которой льётся кислота, уничтожающая всё живое.
Дракон. Апокалипсис.
Оглушительный рёв. Город рушится. Пепел застилает небо. Всё живое кричит в агонии.
Кавер резко отшатнулся, едва не падая. Он задыхался, судорожно хватаясь за грудь, глаза его расширились от ужаса.
— Ч-что… это?..
Кайан смотрел на него сверху вниз, его лицо не выражало эмоций.
— Теперь ты мне веришь?
Глава 4. Исчезнувшие
Луна закрыла глаза, прислушиваясь к далёкому зову, разрывающему её сознание.
— Инферион, ты меня слышишь? — её голос звучал в мыслях, словно эхом отдаваясь в пустоте.
Ответ последовал почти мгновенно:
— Да, слышу. Почему ты не уехала?
Луна глубоко вздохнула, сжимая кулаки.
— Ты меня видишь?
— Издалека.
— Явись ко мне, Инферион!
Но в ответ дракон заговорил неожиданно серьёзно:
— Это слишком опасно. Здесь отец Кайана. Он может нас увидеть… и посчитает тебя угрозой, если увидит меня рядом с тобой.
Луна нахмурилась.
— А зачем он приехал?
— Он ищет своего сына. Так же, как и твои родители ищут тебя.
Грудь Луны сжалась от неожиданности.
— Что? Они здесь?!
— Да. Я их чую.
Луна резко открыла глаза, её сердце бешено заколотилось.
— Где они?!
— Там, где вы раньше жили.
Не теряя ни секунды, Луна бросилась к дому. Ноги сами несли её по знакомым тропам, сердце билось о рёбра. Она вскочила на крыльцо, толкнула дверь…
Пусто.
Ни матери. Ни отца. Ни одного друга.
Но воздух здесь был тёплым, насыщенным запахами еды и чая. На столе стояли пустые кружки, остатки трапезы говорили о том, что совсем недавно здесь сидели люди. Луна провела рукой по поверхности стола, подушечками пальцев ощущая ещё сохранившееся тепло.