Элирэ почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она судорожно сглотнула:
— Вы… Вы хотите, чтобы я…
— Трогать тебя я не буду, — перебил он её, глядя прямо в глаза. — Ты можешь остаться здесь или уйти. Выбор за тобой.
С этими словами он протянул ей банковскую карту.
Элирэ смотрела на него, пытаясь понять: что это? Великодушие? Сделка? Или просто очередной холодный расчёт?
Конец третьей части,
Продолжение следует …
ПЕПЕЛ 4 часть Глава 1. “Большая уборка и ходячий мем
Эбигейл стояла в центре гостиной, словно генерал на поле битвы. В одной руке она держала деревянную скалку, которой постукивала по ладони, а в другой — тряпку, которой, казалось, собиралась задушить первого, кто осмелится филонить.
— Чтобы здесь всё блестело! — рявкнула она так, что даже стены задрожали. — И никаких боёв с подушками! Иначе получите от меня!
Студенты и даже преподаватель по физике стояли в ряд, держа в руках веники, швабры и ведра, готовые к принудительным работам.
— Как в старые добрые времена, — с улыбкой пробормотала Луна, смахивая перья в совок.
Кайан посмотрел на неё, и в его глазах на мгновение мелькнул тёплый, нежный взгляд, но он тут же спохватился и резко перевёл его куда-то в даль, будто изучал потрескавшуюся штукатурку на потолке.
Энзо, разумеется, не мог оставить это без внимания. Он, как настоящий специалист по чужим личным жизням, подкрался поближе к Кайану и заговорщицки шепнул:
— Вы, конечно, препод… но было бы странно, если бы я, ваш студент, давал вам любовный совет…
— Да замолчи уже! — Кайан попытался врезать ему подзатыльник, но в этот момент за его спиной внезапно материализовалась Эбигейл, как грозное привидение с кухонной скалкой.
— О чём это вы здесь шепчетесь? — её голос был сладким, но явно предвещал неприятности.
Энзо, не моргнув глазом, тут же выдал:
— Да так, советуемся, какая тряпочка лучше собирает пыль.
Он широко улыбнулся, наслаждаясь моментом, и бросил взгляд на Кайана. У того было лицо, будто он только что откусил кусок лимона, ожидая, что это персик.
Луна, наблюдая за его выражением, не выдержала и прыснула со смеху:
— Боже мой! Да ты ходячий мем!
Кайан повернулся к ней с грозным видом, но она уже вовсю смеялась. Луна, наблюдая за его страдальческим выражением лица, захохотала:
— Я вспомнила! — продолжала Луна, утирая слёзы. — Это было три года назад, когда он впервые попал в нашу деревню!
Она схватилась за живот от смеха, едва успевая говорить между смешками:
— Ой, не могу! Он увидел свежую коровью лепешку, и его тошнило! Его лицо было точно таким же! Я клянусь!
Энзо согнулся пополам, давясь от смеха.
— Ой, Кайан, это бесценно!
Кайан сжал в руке тряпку, явно проклиная все на свете.
— Лучше бы ты молчала, Луна, — пробормотал он, наклоняясь, чтобы стереть пыль с камина.
Энзо, все еще посмеиваясь, хлопнул его по плечу:
— Да ладно тебе, не злись! Ты же наш любимый препод с выражением «я страдаю, но молчу».
— Я сейчас сделаю так, что ты будешь страдать, но не сможешь молчать, — мрачно пообещал Кайан.
Эбигейл хлопнула скалкой по столу, призывая всех к порядку:
— Хватит разговоров! Работать, а не языками чесать!
Луна, все еще хихикая, взяла веник, а Энзо шепнул Кайану:
— Ну признайся, ты же её любишь?
Кайан тяжело вздохнул и с ещё большей яростью начал тереть камин, делая вид, что ничего не слышал.
Энзо, не теряя момента, усмехнулся и добавил:
— О, ну хоть кто-то здесь знает твои слабости, Кайан. Что ты на это скажешь?
Кайан смерил его тяжелым взглядом и проворчал:
— Я скажу, что лучше бы ты занялся делом, а не трепался.
— Да я просто вдохновляюсь! — Энзо развел руками. — Столько лет знал Луну, но не знал, что она может так смеяться.
Луна все еще пыталась успокоиться, но, глянув на Кайана, снова прыснула от смеха:
— Ты должен был видеть себя со стороны! Такое выражение лица, будто тебя заставляют пить козье молоко!
— Козье молоко полезное, — буркнул Кайан, отворачиваясь, но по его лицу было видно, что он отчаянно старается не улыбнуться.
Тем временем Эбигейл снова хлопнула скалкой по столу, привлекая всеобщее внимание.
— Так, а ну-ка хватит смеяться! Работа еще не сделана!
— Да-да, сейчас… — попытался было отмахнуться Энзо, но тут же получил взгляд, от которого даже он побледнел.
— Сейчас-сейчас… — послушно повторил он и принялся тереть пол с таким усердием, будто от этого зависела его жизнь.
Луна все еще посмеивалась, а Кайан лишь тяжело вздохнул, понимая, что этот вечер ему точно запомнится.