Партия началась.
Луна сделала первый ход. Незнакомец ответил.
Вначале всё выглядело так, будто Луна проигрывает. Дариан (или тот, кем он прикидывался) чувствовал себя прекрасно. Он внутренне ликовал, предвкушая победу.
Но вдруг Луна неожиданно пожертвовала несколько фигур, позволила пешке пройти весь путь…
И затем эта пешка превратилась в ферзя.
С одного удара она начала громить его армию.
Один ход. Второй. Третий.
Шах. Шах.
Дариан смотрел на доску в шоке. Он, опытный игрок, профессионал стратегий, не успел даже осознать, как оказался в тупике. В конце концов осталась лишь одна дамка.
Ничья.
Вокруг раздался удивленный шёпот.
— Луна, да ты мастер спорта! — воскликнул Леон.
— Что это за стратегия?! — Энзо даже потёр глаза, будто не веря увиденному.
Мира схватилась за голову:
— Блин, я и так тупая, но рядом с тобой чувствую себя ещё тупее!
Софи, сложив руки на груди, покачала головой:
— Луна, сколько ещё скрытых талантов у тебя есть?
Но Кайан не обращал внимания на восхищённые голоса друзей. Он не отрывал глаз от «немого» игрока. Внутреннее чутьё буквально кричало: опасность.
Он шагнул ближе, схватил Луну за руку и твёрдо сказал:
— Нам нужно уйти отсюда. Срочно.
Глава 4. Яд и золото
Дариан даже не ожидал, что жертва сама придёт к нему. Более того, она не просто оказалась рядом — она сыграла с ним в шахматы.
Он не узнал сестру.
Она загорела, изменилась. Но Луна… её он узнал сразу. Целительница. Его цель.
У него заканчивались деньги. Он был загнан в угол. Если не убийца, то кто? Работа киллера — грязная, но деньги не пахнут.
Теперь он целенаправленно охотился за ней.
Луна смеялась, танцевала с друзьями, не подозревая, что её смерть стоит рядом.
Дариан подкрался бесшумно.
Одно незаметное движение.
Яд растворился в бокале.
Теперь оставалось лишь ждать.
Но всё пошло не так.
Кайан, следивший за Луной, чтобы убедиться, что она в безопасности, выдохся после долгого преследования. Он увидел напитки на столе. Схватил первый попавшийся бокал.
Выпил залпом.
Сначала он почувствовал жар.
Затем этот жар стал огнём, разгорающимся внутри.
Пламя, жгущее внутренности, растекалось по телу.
Глотка сжалась, мир поплыл перед глазами.
Кайан понял.
Он только что выпил яд.
Тот самый, который предназначался Луне.
Мир перевернулся. Он не чувствовал собственных ног, руки онемели.
Горло сдавило. Кровь. Она хлынула из его рта, окрашивая белую рубашку в алый.
Шаг… второй… и он рухнул на землю.
— Боже мой! Он отравлен! Кто же мог это сделать?! — закричала Луна.
Её сердце бешено заколотилось.
Она бросилась к нему, упав на колени, схватила его за плечи.
— Кайан! Очнись! Держись, пожалуйста!
Но он не двигался.
Четверо друзей подбежали к ней, помогая поднять его безжизненное тело.
Время замедлилось.
Путь домой казался вечностью.
Луна лихорадочно пыталась исцелить его даром. Но яд был сильным.
Слишком сильным.
Он не открывал глаза.
Страх сдавил её грудь.
Она впервые боялась так сильно.
Раньше она никогда не испытывала ничего подобного.
Вот они добрались до дома.
Но когда Кайан лежал у неё на руках, почти мёртвый, она поняла.
Он был ей дорог.
Слёзы текли сами по себе.
Она не могла их остановить.
— Луна, пожалуйста… — тихо сказала Мира.
— Не плачь! Очнись! — резко сказала Эбигейл и… дала ей пощёчину.
Луна вздрогнула.
— Ты всемогущая целительница! У тебя есть дар! Но если ты плачешь — ты теряешь всё, что тебе дорого! Ты хочешь потерять его?!
— Нет, мама…
— Тогда вытри слёзы и скажи нам, что делать!
Луна глубоко вдохнула, заставляя себя собраться.
— Мне нужен тазик, полотенце, чистая вода и соль…
Она действовала быстро. Холодная вода. Горячие руки. Шёпот молитвы.
Рвотные рефлексы.
Кровь.
Он наконец пришёл в себя… но рвота не утихала.
Тогда Луна сделала то, чего никто не ожидал.
Тихо, незаметно, она проколола свой палец.
Капля её крови упала в воду.
Вода окрасилась в золото.
Её кровь была золотой.
Этого не увидел никто, кроме самой Луны.
Никто… даже её родители… не знали что у Луны золотая кровь.
Она осторожно поднесла чашу к губам Кайана.
— Выпей… Это поможет… — её голос дрожал, но руки были твёрды.
Кайан открыл затуманенные глаза.
Их взгляды встретились.
На мгновение всё вокруг исчезло.
Он сделал глоток.
Минута.
Вторая.
Третья.
Он слабо пошевелился.
Луна закрыла глаза, позволяя облегчению разлиться по телу.
Энзо обернулся к Мире:
— Почему они просто не признаются друг другу в любви? Видно же, что любят друг друга.