Море не желало отпускать его.
Вода тянула вниз, липкими, ледяными руками пытаясь поглотить его навечно.
Но он прорвался.
Кайан разорвал оковы бездны, устремляясь к свету.
Шипя от боли, из последних сил, он плыл.
Вверх.
Наверх.
Наверх!
Огонь в пустыне
Где-то далеко, в песках Пустыни Смерти, всё ещё тлело чёрное, безжизненное тело.
От него не осталось почти ничего — жар опалил плоть, кожа превратилась в уголь, кости казались хрупкими, готовыми рассыпаться в прах.
Но пустыня ошиблась.
Она приняла Луну за мёртвую.
Она думала, что забрала её навсегда.
Но внутри пепельных останков разгорелся свет.
Сначала тусклый, едва заметный.
Затем сильнее.
Гораздо сильнее.
Крошечные частицы пепла взметнулись вверх, будто звёзды, пробуждённые в ночи.
Золотое сияние вспыхнуло, разрывая темноту.
Трещины на почерневшей коже начали светиться.
Раздался жуткий треск.
Что-то восставало.
Мышцы нарождались заново, изгибаясь и сплетаясь, органы восстанавливались, запуская вены и сосуды, по которым хлынула кровь.
Обугленные губы разомкнулись, жадно вбирая воздух.
Вдох.
Грудная клетка поднялась.
Выдох.
Лёгкие ожили.
Образ Луны воссоздавался.
Но волосы не вернулись — только бледный череп, покрытый гладкой, новорождённой кожей.
Тело больше не выглядело человеческим — слишком совершенное, слишком неземное.
И тогда…
Она открыла глаза.
Два серебряных огня, сверкающих в мёртвой пустыне.
Луна вернулась.
Но кем она теперь стала?
Глава 20. Призраки, что вернулись
Пепел и месть
Луна шла по пустынной дороге, её голое тело сияло в темноте, как призрачное привидение. Ночная прохлада холодила кожу, но она не чувствовала холода.
Её сердце горело.
Она не простила.
Не простила предательство.
Не простила, как её тело бросили, как праздновали её смерть.
Она была мертва для них.
Но теперь…
Она вернулась.
И Миравель сгорит.
Ночь была глубокой, улицы мертвыми.
Но в борделях кипела жизнь.
Праздновали. Праздновали её смерть.
Луна не спешила.
Она выжидала.
Призрак в зеркале
Тихо, словно тень, Луна проникла в свой старый дом.
Забралась в комнату через окно.
Здесь ничего не изменилось.
Но когда она взглянула в зеркало…
Её сердце сжалось.
Она не узнала себя.
Безволосая, бледная, чужая.
Её кожа сияла, будто очищенная от всего прошлого.
Не было загара, не было шрамов.
Только безупречная гладкость.
Словно она никогда не жила этой жизнью.
Словно её переродили.
Луна дрожащими руками натянула косынку матери.
Но сон не пришёл.
Вместо этого она начала тренироваться, как советовал Кайан. Она заметила что её тело стало другим.
Более сильным.
Более… страшным.
Второе пришествие
Тихий звук за окном.
Луна резко обернулась.
В темноте что-то шевельнулось.
Кто-то лез в её комнату.
Капли воды стекали по коже непрошеного гостя.
Мокрое тело.
Бледное.
ГОЛОЕ.
Луна хватанула нож припрятанной под подушкой.
Готова убить.
Но фигура заговорила.
— Тихо, всех разбудишь.
Этот голос.
Луна побледнела.
— Кайан?!
Он жив.
Но… какой-то другой.
Лысый. Без единого ожога.
Как и она.
Что они теперь?
Луна испугалась.
А потом осознала.
— Ты голый!!!
Она вскрикнула и резко отвернулась.
— Да успокойся ты! — вздохнул Кайан. — Развернись, когда скажу.
Она услышала возню.
Одежда шелестела.
— Готово.
Она медленно повернулась.
Теперь он был одет, но выглядел… потерянным.
И всё же живым.
— Я так рад, что ты жива.
Она почувствовала это.
Как мир, который рухнул, снова обретает опору.
Они были мертвы для всех.
Но живы друг для друга.
И этого было достаточно.
Тайны за гранью смерти
— Как тебе это удалось?
Луна покачала головой.
— Я не знаю.
Она рассказала о свете.
О недавно умершей маме.
О пути сквозь пустыню.
Кайан слушал, молча.
Но когда он заговорил…
— Я тоже видел… тебя.
Она напряглась.
— Что?
— Но это была не ты.
По спине побежали мурашки.
— Что ты видел?
— Не знаю.
Его голос был пустым.
— Но это было… живое.
И Луна почувствовала холод.
Она поняла.
Они не просто выжили.
Они вернулись… другими.
Но вопрос…
Кем они стали?
Живые лысые призраки
Тем утром Мира не ожидала увидеть призрака.
Она решила проветрить комнату.
Но увидела их.
Луну.
Кайана.
Спящих в обнимку.
“НЕТ. НЕТ. ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!”
Она закричала.
Громко.
Так, что стены содрогнулись.
ВСЕ в доме подскочили.