- Ада, прекрати. Я не обижаюсь на тебя, знаю, что ты не со зла. - с тяжёлым вздохом в который раз повторил Остин, за короткое время выслушав от Ады тысячу пьяных попыток извиниться. И это было ещё не самое худшее: девушка безостановочно плакала, рассыпаясь в признаниях в любви и обещаниях всё исправить. Остин почти сразу оставил попытки её успокоить и заговорил только тогда, когда они остановились около подъезда.
- Я правда очень тебя люблю. Мне жаль, что я такая отвратительная, на самом деле я себя просто ненавижу сейчас. Пожалуйста, прости меня. Я всё исправлю, обещаю, только дай мне шанс. Поверь мне, прошу. - дрожа от слёз хриплым голосом просила Ада.
- Иди сюда, горе ты моё луковое. - парень прижал девушку к груди. - Я верю тебе. И не обижаюсь, я всё понимаю, слышишь? И ты меня прости, что я так вспылил. Очень устал, вот и лезет всякое в голову. Всё у нас будет хорошо. И я тоже тебя безумно люблю, Адочка.
Она подняла на него глаза, полные слёз и глупо спросила:
- Правда?
- Да. Пойдем домой, уже давно пора было лечь спать.
Глава десятая
Солнце, пробивающееся сквозь занавески, яркими полосами расчерчивало потолок. Из приоткрытого окна ощутимо веяло холодом, Ада посильнее завернулась в одеяло и в конце концов накрылась им с головой.
С той ночи прошла почти неделя, Остин вёл себя спокойно, как обычно, но Ада не могла отделаться от неприятного ощущения скребущихся на душе кошек. С учёбой проблемы решились на удивление легко, девушке хотелось предъявить Остину за его неоправданные опасения, но она не стала этого делать. Между ними всё было хорошо. Даже слишком хорошо. Как чашка сладкого кофе, в котором слишком много сахара. Это и пугало.
Сонно потирая глаза, Ада добрела до кухни, где её с улыбкой встретил Остин. Рассветные лучи окрашивали стены в пастельные тона, вкусно пахло выпечкой.
- Доброе утро. - парень стоял у плиты, переворачивая золотистый блинчик.
- Ага. - Ада поморщилась. - Зачем так старался? Знаешь же, что я по утрам не голодная.
- Вот и не выпендривайся. - Остин поставил на стол тарелку с блинчиками. - Кстати, помнишь я рассказывал тебе про Люси? - дождавшись кивка, парень продолжал, - Она, оказывается, интересуется искусством и пригласила нас на выставку.
- Сегодня? - Ада зевнула, не выказывая особого интереса. Эстетика искусства ей нравилась, но, в целом, девушка относилась к нему нейтрально. Со школы все музеи и выставки запомнились ей, как скучное мероприятие, окрашенное только плохими шутками одноклассников, только иногда бывающие смешными. Но прогуляться было бы неплохо, тем более Ада надеялась, что если они с Остином будут больше времени проводить вместе, её переживания сойдут на нет.
- Ладно, пошли. - она пожала плечами.
После той ссоры Остин продолжал ездить на машине отца, на все вопросы Ады отмахиваясь. Девушка металась в догадках и раздражалась, каждый раз не получая ответов. Остин всегда держался своих принципов и не брать вещи Винсента - был один из них. Так что же изменилось? Что в нём так перемкнуло?
Когда они сели в машину, Ада сразу полезла в телефон: пришло сообщение от Вильяма. Последнюю неделю они не виделись и не общались, обмениваясь только краткими вопросами о делах и самочувствии. Ада в какой-то момент поймала себя на мысли, что может именно в общении с Вильямом корень проблемы? Слишком уж много времени она начала с ним проводить и, наверное, стоило это прекратить. Вильям, к счастью, не задавал лишних вопросов и принимал любое общение, каким бы оно ни было.
Ванесса, и та, пропала из поля зрения. Отговариваясь занятостью, она не появлялась на парах (хотя для неё это стандартная ситуация), не отвечала на звонки и сообщения. Слишком погруженная в свои проблемы Ада махнула на подругу рукой, зная, что в случае чего серьезного блондинка обязательно объявится.
Люси встретила парочку у входа, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. В прошлую встречу с Люси Аде было не до разглядываний, зато теперь она с интересом воззрилась на новую знакомую. При взгляде на неё невольно всплывал образ лилии. Люси буквально цвела: светлые волосы, локонами рассыпанные на плечах, обрамляли умиляющее невинностью и чистотой лицо. Ада почувствовала укол зависти. Наверное, именно такой её хотела видеть мама: улыбчивая вежливая леди в соответствующей одежде, не курит, не пьёт, читает классику и слушает Моцарта. Ада поморщилась, подавляя скептическую усмешку. “Прости, мам. Уже ничего не изменишь. Может, воспитай ты меня по-другому или не брось нас папа, я была бы как она. Но увы, мне и так нравится”. Ада подошла к Люси и протянула руку. Блондинка заметно смутилась, отвечая на рукопожатие, но от Ады не укрылось, как оценивающе та на неё смотрела.