- Я, наверное, тоже пойду. - Вильям потёр затылок и накинул куртку. - Спасибо за вечер. Приятно было познакомиться с такими чудесными людьми. - парень обаятельно улыбнулся.
- Я тебя провожу. - сама того не ожидая, выпалила Ада. Остин, к её удивлению, только одобрительно кивнул.
На ходу застёгивая куртку, Ада неловко махнула рукой оставшейся дома парочке и хлопнула дверью.
- Не стоило. - тихо произнёс Вильям, когда они вышли на улицу. Уже давно стемнело, на небе россыпью блестели звёзды. Ада подняла голову и засмотрелась на падающие снежинки. И, не удержавшись, высунула язык. Через мгновенье его приятно обожгло холодом.
- Спасибо, что пришёл. - Ада опустила глаза, топчась на месте. Она выскочила в подъезд в одном платье и накинутой куртке. Холод коготками впился в голые коленки.
- Я бы не отказался. - парень грустно хмыкнул. - Замёрзнешь же, дурашка.
- Переживу. - Ада хмуро шмыгнула носом и посильнее укуталась в куртку. На улице было непривычно пусто, даже на парковке девушка заметила только пару машин. Они стояли в тишине, разбавляемой только глухим шумом города. Казалось, жизнь замерла, дав им двоим время чуть-чуть постоять и, задрав головы, посмотреть на луну.
- Ладно, я пойду. Беги обратно, пока совсем не замёрзла. - Вильям уже шагнул в сторону, но Ада перебила его:
- Не уходи. Давай ещё постоим, на снег посмотрим. - жалобно посмотрела на него.
- Ты не хочешь домой?
- Нет. - Ада снова шмыгнула носом, как будто собиралась заплакать. - Я не знаю, где мой дом.
У Вильяма сердце кровью обливалось при взгляде на девушку. Ада стояла такая поникшая, пряча нос за воротом куртки, прижимала руки к груди и мелко дрожала. Чёрные волосы, спутавшись, падали на глаза. Вильям подавил желание убрать прядь с её лица. Помедлил, а потом всё же притянул к себе. Ада обхватила его руками, уткнувшись носом в грудь.
Так много хотелось ей сказать, но Вильям молчал, зная, что все эти слова будут сказаны в пустоту. Поэтому просто прижимал Аду к себе, нежно гладя по голове. Девушка тоже молчала, еле сдерживаясь, чтобы не расплакаться. Осознание приходило к ней оглушающей волной, и Ада не могла с ним справиться. Все эти дни она держалась, прятала всё лишнее куда-то на задворки души, но теперь… Теперь, когда Ада слышала, как бьётся сердце Вильяма, ощущала, как поднимается его грудь при каждом вздохе, она всё прекрасно поняла.
Ада поняла, что не хочет его отпускать больше никогда. Хочет гладить его волосы, касаться пальцами кожи, прижиматься всем телом, целовать, смотреть в прекрасные карие глаза, смеяться вместе, дыша одной мечтой, но отпускать - нет. Никогда.
***
На следующее утро Ада проснулась от звуков пианино. Открыв глаза, она увидела смятое одеяло на краю кровати и свет в соседней комнате. На стуле около зеркала кучкой лежала одежда, которую она спешно скинула перед сном. Вчера ей хотелось заснуть как можно быстрее. Из-за штор пробивался бледный утренний свет, недостаточный для освещения, но достаточный для пробуждения зимних птиц, залившихся пением.
Босая Ада в мятой футболке зашла в зал и остановилась, облокотившись на косяк. Остин сидел за новеньким синтезатором и сосредоточенно играл, разложив на коленях ноты. Девушка знала, что он её заметил, но не стала отвлекать.
Играл парень красиво. Пока Ада спала, Остин почти выучил новую мелодию и теперь с наслаждением отрабатывал её до мастерского исполнения. Судя по его растрепанным волосам и заспанному лицу, он сел за синтезатор сразу, как проснулся. Решив, не мешать, Ада пошла на кухню ставить чайник. Включив свет, девушка поморщилась. На столе и в раковине красовались последствия вчерашнего праздника: грязные тарелки, пустые бутылки, выставленные около мусорки, коробки от пиццы и пустые бокалы. Девушка потянулась к ручке окна, собираясь его открыть, и вдруг заметила лилии, стоящие в вазе на подоконнике. Белые цветы смотрелись на фоне зимнего двора за окном нежно и изысканно. Ада сама не заметила, что любовалась ими несколько минут, замерев с поднятой рукой. Почему-то, когда она их увидела, тяжёлый груз в груди исчез. Сразу и дышалось легче, и всё происходящее перестало казаться трагедией.
Остин зашёл на кухню через четверть часа. Ада уже разогрела остатки пиццы и заварила душистый чай с мятой. На этот раз даже в чайничке, зная, что на кухне они надолго.