В другой жизни — той, что осталась позади, словно сон, от которого едва удается пробудиться — такой день сулил бы беззаботную прогулку за город, пикник на свежем воздухе, неспешные разговоры ни о чем. Теперь же каждый изгиб дороги, каждый неисследованный перекресток таил в себе безымянные угрозы, каждый шорох мог оказаться предвестником новой опасности.
Алена вела машину уверенно, но напряженно, костяшки пальцев побелели от силы, с которой она сжимала руль. Роман молча смотрел в боковое окно, отмечая признаки того, как быстро природа начинает возвращать себе территории, оставленные человеком. За какой-то месяц обочины дорог превратились в буйные заросли, сквозь трещины в асфальте проросли сорняки, а дикие животные стали смелее выходить к дорогам.
— Когда-то этот маршрут был популярен среди велосипедистов, — нарушила молчание Алена, кивнув на проржавевший указатель велодорожки. — Виктор каждые выходные брал свой горный велосипед и уезжал на весь день. Возвращался счастливый, с горящими глазами…
Её голос дрогнул, и она замолчала. Роман понимающе кивнул:
— У вас были хорошие отношения.
— Да, — она улыбнулась, и на миг в этой улыбке промелькнуло что-то от прежней Алены — той, которую он знал до начала катастрофы. — Я до сих пор иногда забываю, что его нет. Просыпаюсь и думаю: «Надо приготовить Вите завтрак посытнее, у него сегодня трудный день». А потом вспоминаю… и всё начинается заново.
Роман хотел что-то ответить, но резкий звук выстрела, донесшийся со стороны приближающейся развилки, оборвал разговор.
— Пригнись! — резко скомандовал он. — К обочине!
Алена вывернула руль, и машина, подпрыгивая на неровностях грунта, съехала с асфальта.
— Из машины, быстро! — Роман уже распахивал дверь. — В кусты, нас не должны увидеть!
Они выскочили из автомобиля и бросились к зарослям дикой сирени и боярышника, густо разросшимся вдоль придорожной канавы. Едва успели залечь в кустах, как из-за поворота показался военный джип, выкрашенный в защитный цвет.
— Не шевелись, — прошептал Роман, накрывая своей рукой ладонь Алены. — Что бы ни происходило — ни звука.
Военная машина приблизилась и остановилась. Двигатель затих. Скрип открываемых дверей, тяжёлые шаги по асфальту, приглушённые голоса. Трое мужчин в камуфляже, с автоматами на плечах, вышли из джипа и направились к брошенному ими автомобилю.
— Смотри-ка, — донёсся до них хриплый голос. — Совсем свежий след. Кто-то только что свернул с дороги.
— Проверь машину, — скомандовал другой — видимо, старший по званию. — Сергей, обойди периметр.
Роман почувствовал, как напряглась Алена. Её дыхание стало прерывистым, он ощущал, как дрожит её рука под его ладонью. Сам он вжался в землю, чувствуя, как колючие ветки впиваются в спину.
Третий военный — очевидно, тот самый Сергей — неторопливо направился к кустам, держа автомат наготове. Он шёл медленно, осматриваясь по сторонам, и каждый его шаг отдавался в висках Романа ударами молота.
— В машине никого, капитан, — сообщил первый. — Но двигатель ещё тёплый. Они где-то рядом.
Капитан вытащил пистолет и без слов выстрелил в переднее колесо их автомобиля. Звук выстрела прокатился над дорогой, вспугнув стаю ворон с ближайшего дерева. Второй выстрел пробил заднее колесо.
— Выходите! — крикнул капитан. — Мы знаем, что вы здесь! Выходите, и никто не пострадает!
Роман и Алена не шевелились. Сергей приблизился к их укрытию, остановившись буквально в двух метрах. Роман видел его армейские ботинки сквозь просветы между ветками.
— Никого не вижу, капитан, — наконец отозвался Сергей.
— Проверь тщательнее, — последовал приказ.
Вместо ответа Сергей поднял автомат и выпустил короткую очередь поверх кустов, где они прятались. Пули с визгом пронеслись над их головами, срезая ветки и поднимая фонтанчики земли в нескольких сантиметрах от ног Романа. Алена сдавленно всхлипнула, и он крепче сжал её руку, безмолвно умоляя сохранять тишину.
— Хватит патроны тратить, — осадил стрелявшего капитан. — Если бы кто-то тут был, уже бы выскочил от страха. Забирай рацию, время поджимает.
Сергей что-то проворчал в ответ, но подчинился. Несколько мучительно долгих минут военные о чём-то совещались у своего джипа, поглядывая на брошенный автомобиль. Наконец капитан решительно махнул рукой: