Молодой человек наконец посмотрел на него, и в его глазах Роман увидел смесь стыда и страха.
— Нет. Только для избранных. Для тех, кто контролирует ресурсы.
— Значит, для ваших начальников?
— Возможно, и так, — он понизил голос до шепота, — у Профессора есть успехи и он близок к изготовлению вакцины.
Роман пристально посмотрел в глаза помощнику:
— А тебя устраивает роль пособника в экспериментах над людьми?
Молодой человек отвел взгляд.
— Я просто выживаю, как и все.
— Помоги мне выбраться отсюда, — тихо сказал Роман. — Ты же видишь, что это неправильно.
— Невозможно, — покачал головой помощник. — Здесь все под наблюдением. Камеры, охрана, замки. Я бы и сам ушел, если бы мог.
Он закончил процедуры и направился к выходу, но остановился у двери.
— Завтра Профессор начнет основные тесты. Они… болезненные, — он помедлил. — Постарайся сохранить силы. Те, кто проявляет стойкость, живут дольше.
С этими словами он вышел, и дверь с лязгом закрылась за ним.
Роман лег на кушетку, глядя в потолок. Лихорадка отступала благодаря антибиотикам, и мысли стали яснее. Он должен найти способ выбраться. Не только ради себя, но и ради других пленников. Возможно, помощник Профессора не так уж предан своему делу, как хочет показать. Возможно, в его словах был скрытый сигнал — намек на то, что при определенных обстоятельствах он мог бы помочь.
За стеклянной стеной камеры проходили охранники, проверяя замки и решетки. Один из них, проходя мимо клетки Романа, на мгновение задержал взгляд. В этом взгляде было что-то… узнавание? Сочувствие? Роман не был уверен.
Он закрыл глаза, притворяясь спящим, но его мозг лихорадочно работал, анализируя новую информацию и разрабатывая план побега. Ему нужно было дождаться подходящего момента и использовать любую возможность, любую слабость в системе.
А пока… пока ему нужно было набираться сил и изучать это место — логово безумного Профессора.
Глава 8. Кровь за жизнь
Утро — если это было утро, в подземной лаборатории без окон время определялось только по расписанию смен персонала — началось с визита Профессора. Он вошел в камеру Романа в сопровождении двух ассистентов, один из которых катил перед собой тележку с медицинским оборудованием.
— Как наш пациент? — спросил Профессор с той же неестественной улыбкой, что и накануне. — Чувствуешь себя лучше, я полагаю? Наши антибиотики творят чудеса.
Роман сел на кушетке, настороженно наблюдая за приготовлениями ассистентов. Они расставляли на небольшом столике пробирки, иглы, жгуты.
— Что вы собираетесь делать? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Всего лишь несколько анализов, — ответил Профессор, натягивая латексные перчатки. — Нам нужно изучить твою кровь, выяснить, что делает тебя особенным.
— Особенным?
— Иммунным к вирусу, конечно, — Профессор посмотрел на него поверх очков. — Ты ведь понимаешь, что ты — редкость? По моей информации, осталось менее одного процента населения. Ты — часть этого процента. Выживший. И мы хотим знать, почему.
Он кивнул ассистенту, и тот приблизился к Роману со жгутом и иглой.
— Сегодня мы возьмем базовые образцы, — продолжил Профессор. — Кровь, слюна, образцы тканей. Ничего страшного.
— А завтра? — Роман не сопротивлялся, когда ассистент затянул жгут на его руке и начал искать вену.
— Завтра перейдем к более… глубоким исследованиям, — Профессор наблюдал, как игла входит в вену Романа, и темно-красная кровь наполняет пробирку. — Но не беспокойся, мы стараемся сохранить наших субъектов в рабочем состоянии как можно дольше.
— Великодушно с вашей стороны, — заметил Роман с сарказмом.
Профессор проигнорировал его тон.
— Знаешь, я был выдающимся ученым еще до эпидемии, — сказал он, наблюдая, как наполняется вторая пробирка. — Работал над продлением жизни, омоложением клеток. Мои исследования могли бы изменить мир…
Он хмыкнул, словно вспоминая что-то забавное.
— А теперь взгляни — старый мир рухнул, и вместе с ним все моральные ограничения. Теперь я могу работать свободно, без бюрократической волокиты. Ирония, не правда ли?