Роман почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот человек был не просто безумен — он был опасен своей уверенностью в собственной правоте.
— Что произошло? — спросил Роман, пытаясь поддерживать разговор, собирая информацию. — Откуда появился вирус? Почему люди так быстро умерли?
Профессор бросил на него быстрый взгляд.
— Ты задаешь неправильные вопросы. Не «почему умерли», а «почему некоторые остались». Это ключ ко всему.
Он повернулся к ассистенту, проверяя наполненные пробирки.
— Достаточно на сегодня. Завтра продолжим.
Когда они уходили, Роман заметил, что один из ассистентов — тот самый молодой человек, с которым он говорил накануне — задержался у двери.
— Профессор, — позвал он. — Вы обещали рассказать о результатах тестов субъекта № 17. Того, что не пережил процедуру.
Профессор нахмурился.
— Позже, Алексей. Сейчас мне нужно проанализировать эти образцы.
Когда они ушли, Роман остался один, растирая руку со следами от уколов. Он запомнил имя молодого ассистента — Алексей. Возможно, это пригодится.
День тянулся мучительно медленно. Трижды приходили с едой — безвкусной, но питательной кашей и кусками черного хлеба. Роман ел, понимая, что ему нужны силы. После обеда его вывели в общую душевую, где под присмотром охранника он смог помыться. Там же были и другие пленники — молчаливые, погруженные в себя люди с пустыми глазами.
Вечером, когда большая часть персонала покинула лабораторию, оставив только дежурную смену, к камере Романа подошел охранник — тот самый, что накануне бросил на него странный взгляд.
— Эй, — тихо позвал он, убедившись, что поблизости никого нет. — Ты Роман Алексеевич, верно?
Роман напрягся, но кивнул.
— Меня зовут Игорь, — продолжил охранник, понизив голос. — Я… я знал твоего отца. Алексея Петровича.
Сердце Романа пропустило удар.
— Моего отца? Но он умер от вируса.
Игорь кивнул с печальным выражением лица.
— Да… я знаю. Я работал вместе с ним на кабельном заводе. Он был… он был хорошим человеком.
— Как ты оказался здесь? — спросил Роман. — Работаешь на этих… людей?
Лицо Игоря исказилось.
— Я попал сюда не по своей воле. Меня схватили во время одного из рейдов в городе. Поставили перед выбором: либо работать на них, либо стать одним из… этих, — он кивнул в сторону камер с пленниками. — Я выбрал жизнь. Думал, что смогу как-то противостоять им изнутри, помогать таким, как ты. Но в итоге просто… выживал.
Он опустил голову, в его голосе звучал стыд.
— Почему ты решил заговорить со мной? — спросил он. — Это опасно для тебя.
Игорь поднял глаза, и Роман увидел в них решимость.
— Потому, что я устал быть соучастником… этого, — он обвел рукой лабораторию. — Профессор и Командир зашли слишком далеко. То, что они делают с людьми… это уже не наука, это безумие.
— Кто такой Командир? — еле слышно прошептал Роман.
— Командир здесь царь и бог — всё в его власти.
— Зачем им моя кровь? — осторожно спросил Роман.
Игорь огляделся еще раз и подошел вплотную к стеклу.
— Командир болен, — прошептал он. — Вирус старения поразил. Болезнь обычно протекает быстро — неделя, у долгожителей — месяцы. Но Профессор нашел способ замедлить процесс. Он использует кровь иммунных — тех, кто пережил эпидемию.
— Переливания? — догадался Роман.
— Не просто переливания. Он выделяет из крови какие-то компоненты, создает сыворотку. Это дает временный эффект — Командир на несколько дней чувствует себя лучше, процесс старения приостанавливается. Но потом все возвращается, и нужна новая порция.
— И эти порции… — Роман не закончил фразу, уже догадываясь.
— Берутся у таких, как ты, — кивнул Игорь. — У некоторых пленников берут кровь до тех пор, пока они не истощаются полностью. Других подвергают опытам, пытаясь выяснить, что именно делает их устойчивыми к вирусу.
В коридоре послышались шаги. Игорь тут же выпрямился, приняв безразличный вид.