— Ты опять перегнул, — сказал Артём, усаживаясь в кресло. — Твои ребята скоро будут шарахаться от звука твоих шагов.
— Пусть боятся, — отрезал Даниил. — Страх лучше, чем равнодушие.
— Иногда. Но не всегда, — Артём прищурился. — Не все должны быть твоими врагами.
Даниил промолчал.
Он не любил, когда ему читали морали. Но Артём был одним из немногих, кто мог себе это позволить.
— Знаешь, — продолжил друг. — Вчера я видел тебя. На набережной. С девушкой.
Даниил обернулся резко.
— Ты следил за мной?
— Нет, просто случайность, — Артём поднял руки. — Но, похоже, ты не совсем тот хладнокровный айсберг, каким хочешь казаться.
— Это не твоё дело.
Артём усмехнулся.
— Может быть. Но будь осторожен. Такие девушки либо делают тебя лучше, либо ломают окончательно.
Даниил отвернулся к окну, сжав руки за спиной.
Он не собирался проигрывать. Ни в бизнесе, ни в жизни.
Но внутри у него впервые зародилось сомнение: а что, если она действительно способна его сломать?
Глава 6. Её мир
В её квартире царил хаос.
Но это был живой хаос: краски, кисти, альбомы, старые открытки, кружки с засохшим кофе, стопки книг на полу. Всё это выглядело как беспорядок, но только для чужих. Для Алины каждая мелочь имела своё место и историю.
Она сидела у окна с блокнотом на коленях. Солнце скользило по её лицу, а карандаш царапал бумагу.
Сегодня она рисовала не город, не цветы и даже не людей.
Сегодня она рисовала его.
Даниил.
Высокий, строгий, с чуть насмешливым взглядом. Но в её рисунке он был не холодным и властным, а живым — с мягкими линиями, с едва заметной улыбкой.
Она не знала, почему рука выводила именно это. Может, она видела в нём то, что он сам прятал.
— Опять он? — раздался за спиной насмешливый голос.
Алина обернулась. В дверях стояла её подруга Марина — высокая, с огненно-рыжими волосами и вечной сигаретой в пальцах.
— Ты вошла без стука, — заметила Алина.
— Ты бы всё равно не услышала. Когда ты рисуешь, тебя хоть бомбой глуши. — Марина подошла ближе, прищурилась к рисунку. — Да-а-а… Опасный тип.
— Он не такой, каким кажется.
— Все так говорят, — усмехнулась подруга. — Сначала. А потом плачут на моей кухне с бутылкой вина.
Алина отвернулась к окну.
— Ты его не знаешь.
— И не хочу, — отрезала Марина. — Но я знаю тебя. Ты слишком быстро впускаешь людей в свой мир. Сначала они восхищаются, потом рушат всё вокруг.
Алина вздохнула. Она знала, что Марина во многом права. Но почему-то именно рядом с ним она не боялась открыться.
Телефон на столе завибрировал. Сообщение.
От него.
"Выходи. Я жду."
Коротко, без объяснений.
Его стиль.
— Ну вот, — протянула Марина. — Началось.
Алина набросила лёгкое пальто и улыбнулась.
— Может, это то, чего мне всегда не хватало.
— Или то, что тебя сожрёт, — пробурчала Марина, но дальше ничего не сказала.
Алина вышла на улицу.
Город шумел, пахнул асфальтом и цветами с уличных лавок. Она увидела его машину у обочины. Чёрная, блестящая, будто сама часть его характера — строгая, властная, без компромиссов.
Он сидел за рулём, и даже не нужно было ничего говорить.
Она знала: этот вечер снова изменит всё.
Глава 7. Столкновение характеров
Вечер застал их в его квартире.
Они только что вернулись с ужина в маленьком итальянском ресторане — тихо, без официантской суеты. Но даже здесь, среди свечей и мягкого света, напряжение повисло в воздухе.
— Ты опять смотришь на неё, — сказал Даниил, внезапно прерывая тишину.
— На кого? — Алина приподняла бровь, стараясь не показать, что сердце внезапно подскочило.
— На официантку. Она слишком улыбалась тебе. Слишком… близко.
Она усмехнулась, но в голосе прозвучала стальная нотка:
— Даниил, это просто улыбка. Ты уверен, что смотришь на мир, а не на свои страхи?
— Я смотрю на тебя, — он резко наклонился, почти касаясь её губ. — И не хочу, чтобы кто-то ещё это делал.
— Ты не можешь владеть мной, — тихо, но твёрдо сказала она, отстраняясь. — Я не вещь, Даниил. Не твоя игрушка.
В комнате повисла тишина. Она была плотная, как натянутая струна.
— Я не хочу владеть, — сказал он, но голос дрожал. — Я… я просто боюсь потерять.
— А я боюсь потерять себя, если буду жить в твоём страхе.
Он шагнул к ней, попытался взять её за руку. Она отстранилась, слегка, но достаточно, чтобы показать: границы есть.