– Take away or eat here? – сказал тот с турецким акцентом.
– Away please! – ответил я.
Мне завернули пиццу в красивую коробку с изображением счастливого рыжего мальчугана. Я отблагодарил пиццера и молодого парня, помогшего мне:
– Thanks a lot!
– Всегда пожалуйста! – ответил он по-русски с ещё большим турецким акцентом.
Я улыбнулся и удрал прочь. Эти минуты до гостиницы я не мог думать ни о чем, кроме пиццы, которую бережно нес в руках.
В гостинице я в четыре захода слопал вкуснейшую пиццу, разобрав вкус каждого из четырех сыров. Затем я прилег, чтобы немного отдохнуть. Позднее я понял, что сегодня уже не смогу подняться с кровати. Я положил книгу и пачку денег – самое дорогое, что у меня было на тот момент – под подушку и погрузился в сон.
Глава четвертая
В непроглядном тумане я шел на голоса. Среди всех выделялся один, самый звонкий, женский голос. Он направлял меня. Показался силуэт человека. Я приблизился. Это всего лишь фонарный столб. Провисший провод уходит в неизвестность. Я иду за ним. Старый деревянный дом. Окна разбиты. Двери выломлены временем. Голос предупреждает меня. Не входи. Я вхожу. Люди ушли отсюда. Я поднимаюсь на второй этаж. Жилая комната. Возможно, здесь кто-то был не так давно. Я убираю накрытое зеркало. Голос говорит мне не смотреть в зеркало. Но желание сильнее. Я смотрю. Никого. Даже меня. Я смотрю вновь и вновь. Никого не появляется. В последний раз я поворачиваю голову и смотрю. Он здесь. Он пытается встретиться со мной взглядом. Я отвожу глаза. Я не должен смотреть ему в глаза. Но я хочу увидеть. Кто ты?
Я проснулся от сильного желания опустошить свой мочевой пузырь. Прежде чем встать с постели, я проверил, на месте ли книга и деньги. Успокоившись, я справил нужду и открыл ставни. Через дорогу дружно стояли несколько двухэтажных разноцветных домов, словно книги на книжной полке. По улицам пролетали жужжащие мопеды, хозяин кафе напротив выставлял столики и стулья на улицу. Я включил свет в номере и решил проверить, не осталось ли кусочка пиццы со вчера. Надежды не оправдались. Нужно было составить дальнейший план действий.
Заглянув в книгу, я не увидел ничего нового. В голову начали забредать новые мысли. Сегодня вечером меня ждал обратный рейс в Петербург. Я бы мог просто оставить книгу здесь, взять наличные и вернуться в родной город, попутно заскочив к моей сестре на озеро Гарда с извинениями. Я представил, как плету массу всяких небылиц о том, как я увлёкся одной девицей, и все прочее. Но теперь я якобы осознаю, каким негодяем я был. В конце исповеди я преподношу молодоженам подарок, работу известного современного итальянского сюрреалиста, которую я купил в одной галерее современного искусства по пути к ним. На картине изображен ангел из треугольников и ромбов, который символизирует меня. Его распростертые руки просят о великом прощение. В глазах горит абсолютная осознанность проступка. Во второй части картины изображен фалосовидный предмет, или что-то вроде него, как символ того, что художник хочет остаться непонятым.
Я начал собирать вещи, с пониманием того, что нужно куда-то идти, но куда абсолютно не понятно. На стене напротив кровати на меня смотрела рыба. Очередная картина под стиль отеля, где я остановился. Это была щука, которая попалась на крючок. Через несколько мгновений она окажется на берегу в руках ловкого рыбака. Кто же я? Рыбак или рыба на крючке, а может я – удочка. Всего лишь чей-то инструмент на пути к цели. Это изображение пойманной рыбы на крючке навел меня на идею пересчитать деньги, которые мне вручил Роман на вокзале Санта-Лучия.
Купюры приятно перешептывались в моих руках, одна за другой. Восемь с небольшим тысяч евро. Может он был сумасшедшим, но точно не обманщиком.
Италия вновь приветствовала меня солнцем, обильная порция которого осветило моё лицо, когда я вышел из гостиницы. Я запланировал прогулку до вокзала с обязательным посещением кафетерия через дорогу. С большим аппетитом употребив завтрак во французском стиле, я повесил куртку на локоть и двинулся в сторону центрального вокзала города Падуя. Мои планы перечеркнул таксист, который привез молодую пару туристов к отелю и включил зеленый сигнал на крыше автомобиля. Махом руки я не дал ему ускользнуть и уселся на переднее кресло. Счётчик начал отматывать стоимость поездки, и я подумал неплохо было бы иметь такой же счётчик вместо часов на руке каждому жителю планеты Земля, подсчитывающий количество упущенных в жизни возможностей.