Спустя два года счастливого брака Кристина забеременела. Было только начало срока, и она долга не знала, как сказать об этом Марку. Кристина была уверена, что он будет безумно счастлив, но не находила подходящего момента.
Они ехали домой после приятного вечера у друзей. На заднем сиденье такси влюбленные держались за руку. Весь день поливало как из ведра. Водитель пробирался по центральным улицам Петербурга сквозь стену падающей с неба воды. Они выехали на пустынную набережную Невы и автомобиль увеличил скорость.
– Я давно хотела тебе кое-что сказать. – Кристина прошептала Марку.
– Это связано с тем, что ты сегодня не выпила ни капли вина? – Кристина сжала руку мужа ещё сильней, и они поцеловались.
Через мгновение автомобиль начало сильно кидать в стороны. Водитель не справлялся с управлением. Девушка почувствовала сильный удар в бок и потеряла сознание.
Кристина очнулась уже в больничной палате. Рядом с ней стояла медсестра, она меняла бутылку с физраствором для капельницы. Кристина попыталась приподняться и оглядеться. Тяжелое тело не слушалось.
– Вам пока не стоит вставать. Я позову врача, – спокойным голосом сказала сестра.
– Где мой муж? Он жив?
– Марк? Да, конечно, отделался ушибами. Он сейчас внизу болтает с санитарами. Вспоминают старые истории. Позвать?
Кристина удивленно посмотрела на сестру.
– Старые истории?
– Марк подрабатывал у нас одно время санитаром. Вы разве не знали?!
– Нет, позовите его, пожалуйста, – попросила Кристина.
В палате помимо неё лежали еще две пациентки. Возле женщины лет сорока сидел молодой человек. «Должно быть, сын», – подумала Кристина. Он показывал женщине фотографии. Женщина улыбалась. У окна, на койке, сидела бабушка. В руке она держала радио и периодически перенастраивала волну. Найдя нужную ей частоту, она подставляла еле работающий динамик к уху.
Кристина посмотрела в окно. Небо было затянуто серым, словно натяжным, потолком, без надежды на просветление. Вошел Марк, на плечах у него был накинут халат. Голова была перевязан бинтом. В целом, выглядел он достаточно бодро. Кристина не решалась начать разговор.
– Как себя чувствуешь? – спросил Марк.
Кристина пыталась угадать, о чем он сейчас думает, и не торопилась с ответом.
– Тело немного постанывает. В остальном нормально, – ответила она.
– Я зайду позже, и мы поговорим. Сейчас тебе нужно отдохнуть и пообщаться с Евгением Петровичем.
Кристина как никогда хотела, чтобы сейчас он был рядом, поцеловал её и внушил спокойствие. Марк улыбнулся и вышел из палаты. Позже к Кристине зашел доктор. Высокий и стройный, Евгений Петрович Самойлов, кандидат медицинских наук. По крайней мере это она успела прочесть на бейдже. Он по-доброму справился о здоровье потерпевшей, дал несколько указаний медсестре и сказал, что зайдет завтра.
– Доктор! – остановила его Кристина.
Он подошел ближе к пациентке.
– Во время аварии я была беременна. Шла вторая или третья неделя. Я бы хотела уточнить. – Кристина не знала, как подойти к этой теме.
– Я Вас понимаю, – сказал Евгений Петрович. Он смотрел Кристине прямо в глаза, не отводя взгляда. Так объявляли приговор только самые опытные палачи. – Боюсь, что о ребенке придется забыть, поговорим об этом позже. Сейчас Вам нужно думать о своем восстановление.
В течение следующих пяти дней Марк ежедневно навещал Кристину. Он приносил ей свежие фрукты и новости о её здоровье от Евгения Петровича. Они ни разу не заговорили о своей прежней жизни. Марк рассказывал ей разные небылицы из жизни врачей. Иногда во время своих редких прогулок по коридорам отделения Кристина видела, как он сидит в кресле ординаторской, куда его пускали знакомые врачи, и делает записи в свой блокнот. В эти моменты он был так увлечен писаниной, что даже не замечал её внимательного взгляда. На шестой день Кристину выписали. Марк ждал её в холле отделения. Как и в первый день, на нем был накинут халат, бинты с его головы уже сняли, и под ними осталась небольшая рана с засохшей кровью вперемешку с йодом.