– Знаю. Тебя зовут, – равнодушно известила девушка, фактически проигнорировав его замечание.
Он ничего не ответил ей более, потому что уже знал, кто был истинной причиной нарушения его одиночества.
Берта тоже это знала и потому просто удалилась, не имея нужды «рассыпаться» в подробностях.
Павла звали всегда. Хуже, что это «всегда» приходилось на состояние, когда больше всего хотелось затеряться, если не в этом здании, на крыше которого он почти всегда, так в мире.
* * *
Натянув беззаботную, скрывающую нутро улыбку, Павел скатился по перилам лестниц, намеренно не замечая осуждающие взгляды преподавателей и шумные восторги детей.
Ему не привыкать нарушать все, что только можно нарушить. Все равно ничего уже за это не будет. Он любимчик, если не у всех, то почти всех. Никто и никогда не выражал недовольство им ему в лицо.
«Доехав» до кабинета, в который его вызвали, он оправил задравшуюся рубашку, провел по волосам в безуспешной и не слишком старательной попытке их пригладить и без стука зашел внутрь, мгновенно ощутив напряжение.
– Наконец-то, Павел! – нетерпеливо вскрикнула женщина, поднимаясь из-за стола. Ее бледное, но в то же время завораживающе красивое лицо выражало тревогу, огромные глаза заранее ожидали понимания и участия, и только безукоризненный внешний вид говорил об относительном контроле над ситуацией.
Кабинет, куда Павла пригласили, никак не отличался от тех типичных британских кабинетов, словно застывших в прошлых веках своим интерьером, не имея шансов на реставрацию.
Сегодня, к непониманию Павла, лучшие дизайнеры планеты бегали за такой мебелью, которой уставлено это помещение. Такой больше не было нигде, но дорогое темное дерево, роскошные стеллажи, заполненные книгами, и мрачная тяжелая атмосфера по мнению парня только давили и не оставляли возможности оставаться несерьезным.
Из современных приборов тут только специальный стол, предназначенный для особых случаев. Очевидно, сегодня был именно такой, раз он более не выглядел, как обычный бильярдный, абсурдно не вписывающийся в это помещение. В этот раз над ним слишком ярко светилась карта, на которой тревожная красная точка ожидала внимания к себе.
– Анна, – сдержанно кивнув, произнес в ответ Павел, искоса наблюдая за точкой над столом.
– У нас проблема, – приближаясь к столу, взволнованно бросила женщина, ожидая, пока Павел подойдет к ней.
– Черная империя? – саркастично предположил Павел, но получил категоричное отрицание.
– Еще один Аше, – ответила женщина, стараясь из последних сил сохранять спокойствие. С ее холодной красотой это было бы достаточно просто, если бы не сердце и пламенная любовь к своему делу.
Анна и Эрик Пармес – семейная пара, на которой держался весь приют. У них нет своих детей с момента гибели их ребенка в борьбе с охотниками из империи, но Павел знал об этом слишком мало.
Анна и Эрик нашли его подростком, когда и его собственные трагедии в жизни уже случились, и их общее темное прошлое стало запретной темой во взаимоотношениях. Павел учился и продолжает учиться контролю над собой под их руководством, став их «приемным» сыном, и теперь также помогал им при работе с детьми.
Анна и Эрик уже не были молодыми, такими же, как Павел, когда они встретились впервые. Сегодня это были мудрые взрослые люди, каждому из которых за пятьдесят по виду, способные решить любую проблему, физически и морально подготовленные ко всему. От того состояние Анны, как и новость, которую она до него донесла, вызвали куда больше сомнений и опасений.
– Ты уверена? Они не появляются уже более двухсот лет, – уточнил Павел, на что женщина понимающе покачала головой.
– Уверена. Эрик сейчас ищет его, хочет оценить необходимость вмешательства.
– Известно, кто это? Возраст, откуда прибыл? – спросил Павел, но в ответ не получил ничего определенного.
– Нет, пока ничего не известно. Эрик прибудет в ближайшее время. Наша цель – найти и спрятать Аше до появления «черных». Понадобится твоя помощь. Остальные слишком неопытные для этого, – объяснила Анна, рассчитывая на понимание.