Способность находить нужное направление даже без внешних ориентиров была вложена в него от рождения.
— Держитесь за мной! — крикнул он магам из своей команды. — Двигаемся к пятому квадрату!
Борьба с бурей для прокладывания пути отнимала много сил, однако она того стоила. К нужному месту они прибыли меньше чем за час.
— Доложите обстановку! — потребовал он у командира патрульных, стараясь перекричать беснующийся ветер.
— Одна цель у нас! — прокричал в ответ боевой маг, чья борода превратилась в заиндевевшие колючки. — Блокирован. Остальных ищут, с нами четвертый и шестой отряды.
— Глаз не спускать!
— Понял, мой лорд!
Получив мысленный сигнал от связного и отправив ему ответный, Марон закрыл глаза, раскинул руки и отпустил с кончиков пальцев крохотные вихри — незаметные среди общего снежного безумия, но верткие и стремительные. Вихри рассыпались в разные стороны, пронзая снежную мглу и безошибочно находя «теплые» цели. В четырех переходах к востоку один вихрь обнаружил крытую повозку с девицей-магичкой в сопровождении нескольких мужчин из местных. И дернула же ее нелегкая добираться до Кардинесса именно сегодня!
Вторая цель двигалась по воздуху наперерез — несомненно, двуликий. До встречи с повозкой оставалось всего полпути, но именно туда уже направились парни из четвертого отряда — отобьют.
Третья цель кружила в двух переходах к югу, что было довольно странно. Однако судя по тому, что парней-магов один из вихрей «нащупал» движущимися на юг, этого крылатого они тоже засекли.
Но где же еще двое?
Север, восток, запад — ничего больше. Сквозь землю они провалились, что ли?
Несколько вихрей устремилось дальше на юг, и вскоре Марон получил ответ. Далеко, так далеко, что отголосок от вихря-поисковика прозвучал почти неслышно, в сторону Кардинесса двигалась ещё одна процессия. Всего восемь «теплых», но одаренные или нет, на таком расстоянии определить не получилось. Именно туда, навстречу нежданным гостям, летели сквозь бурю двое оставшихся крылатых.
А парни, отправившиеся на поиски, похоже, сбились с пути, поскольку бесцельно кружили в трех переходах к юго-востоку от пятого квадрата.
— Борг, Тандор, за мной! — скомандовал Марон, уцепившись за «южный» вихрь, на всякий случай послал мысленный сигнал заблудившимся бойцам и ринулся пробивать путь навстречу горе-путешественникам, которых невесть как забросило на север.
Глава 4. Теплый прием
— Что с тобой, Рэй? Тебе плохо?
Голос Гейз выдернул Рэйлин из тяжелого, вязкого полусна-полуяви. С ней действительно происходило нечто нехорошее — то, что она ощущала в первые дни после заключения в браслеты как едва заметное неудобство, теперь превратилось в припадки, причиняющие истинные мучения. Запечатанная внутри магия, казалось, усиливалась с каждым днем и нещадно жгла изнутри, не находя себе выхода, а снаружи Рэйлин мерзла, так же, как Гейз или гвардейцы из отряда сопровождения.
Кожа покрылась липким, холодным потом. Кажется, она металась во сне и даже стонала, чем напугала свою новую подругу. Но ей хватило самообладания, чтобы сделать несколько глубоких вздохов и произнести спокойным, ровным тоном:
— Нет, все в порядке. Сон плохой приснился. Сколько я проспала?
— Кажется, уже вечер, — неуверенно ответила Гейз. — Я тоже задремала, но пpоснулась от твоего крика. Знаешь, мне как-то тоже не по себе. Не знаю, что это, но…
Карету внезапно дернуло и зашатало. Гейз, не удержавшись, ударилась головой о перегородку за спиной, Рэйлин едва успела схватиться за откидной столик, чтобы не полететь следом. Пол накренился, крышка жаровни с лязгом откинулась, и пылающие угли посыпались прямо на сиденье Гейз.
Взвизгнув, та отпрянула от лизнувших шаль язычков огня, и в этот же миг снаружи раздались громкие крики гвардейцeв.
— Первый, второй, готовиться к бою! Третий, четвертый — в защиту, атака с воздуха!
Рэйлин быстро набросила на огонь свое одеяло, но в следующий момент сильный удар опрокинул карету набок. На мгновение Рэйлин потеряла ориентир, съехав с сиденья на дверцу кареты. Вспыхнули болью ушибленные плечо и кoлено, но куда тревожней прозвучал крик боли подруги.
— Гейз, ты цела?!
— Кажется, я сломала руку, — простонала та. — Что вообще происходит? Это двуликие?
Ярко вспыхнул огонь: листки бумаги, на которых Рэйлин практиковала квоннский, послужили пищей для рассыпавшихся повсюду углей. Загорелись занавески, бахрома на концах сидений, и стало ясно: потушить огонь быстро не удастся.