Последняя мысль обожгла сильнее. Столько всего у нее забрали. Ее жизнь, ее юность — оборвали в миг. В этом не было ничего правильного.
Но, как бы мне ни было ее жаль, я не мог не задуматься: справится ли она с моими тремя? Они шумные и дикие, а Люк проверяет терпение на каждом шагу.
Я отбросил сомнения.
— Я ценю, что ты готова подстраиваться.
— Что нужно вам и вашим сыновьям, мистер Хартли?
Она спросила искренне — будто правда хотела упростить нам жизнь.
— Зови меня Лоусон. Или Ло.
Хэлли медленно кивнула:
— Хорошо, Лоусон.
Я редко слышал свое полное имя. А из ее уст оно прозвучало так, будто принадлежит какому-то далекому миру.
Я вернул внимание к ее вопросу:
— Отводить мальчишек в школу и встречать. У Дрю тренировки. У Чарли — встречи с друзьями.
Хэлли кивнула:
— А старший? Люк? Он водит?
Мышца у меня на челюсти дернулась.
— Люку еще нельзя получать права. — Я не стал подбирать слов, просто перешел к сути: — У него недавно были проблемы с поведением. Ему нужно снова заслужить доверие, чтобы я пустил его за руль.
Катание на служебном внедорожнике отдела удовольствия ему не прибавило.
Хэлли нахмурилась:
— Ему шестнадцать?
Я кивнул.
— Сложный возраст. Пытаешься понять, кто ты. Нуждаешься в родителях, но хочешь свободы. Тебе тесно в собственной коже.
Я несколько секунд молча смотрел на нее. Ни одна кандидатка не пыталась понять моих мальчишек — что с ними происходит, почему так. Может, ее опыт дал ей более точное чувство, более глубокое понимание.
— Думаю, ты права. — Я почесал затылок. — Я тоже не слишком умело в этом разбираюсь.
— Вы стараетесь, — тихо сказала Хэлли. — Это самое важное.
Мне пришлось двинуться. Ее доброта была почти невыносима.
— Давай я покажу дом. По пути расскажу, что мне еще нужно.
Надежда вспыхнула в ее серых глазах. Та самая, что я видел пять лет назад. И от этого у меня что-то сжалось внутри.
Я отвел взгляд и повел ее по дому. На кухне, в гостиной, в спальнях, даже в тренажерном зале в подвале я рассказывал о каждом из своих мальчишек. Хэлли задавала умные вопросы и больше слушала.
— Нужна помощь с уборкой? — спросила она, когда мы поднимались наверх.
Я рассмеялся:
— Как догадалась?
Хэлли вспыхнула:
— Я не хотела…
— Я не обиделся. Мы тонем. Я приму любую помощь, на которую ты согласна. Если ты готова немного готовить и стирать, я скорректирую оклад.
Она быстро замотала головой, снова спрятав лицо за волосами.
— И так отличная оплата. Мальчишки ведь в школе почти весь день. Я могу убираться или ездить по делам. — Она прикусила губу, и мой взгляд непроизвольно упал туда. — Я не лучший повар, но могу учиться.
— Я умею хорошо готовить всего три блюда, так что любое разнообразие мальчишки оценят, — сказал я. Чарли, Дрю и Люк уже смотреть не могли на стейк, пасту с мясным соусом и чили.
Хэлли снова переплела пальцы и сжала их, будто держалась за них.
— Я постараюсь.
У меня не было сомнений.
— Хочешь посмотреть гостевой домик?
— Да. — На ее лице мелькнуло волнение. Оно высветило все ее черты, сделав еще красивее.
Я тут же задавил этот порыв. О том, что Хэлли красивая, мне думать было ни к чему. Она возможная няня. И человек, чьи худшие дни я видел собственными глазами. Да и младше меня на тринадцать лет.
Я отвернулся и пошел к двери.
Хэлли тихо шла следом.
Морозный воздух хлестнул по лицу, возвращая меня к реальности.
— Домик меблирован, но можешь делать его своим. Все лишнее — я уберу в кладовку.
Я достал ключи и открыл дверь. Внутри было небольшое пространство: кровать с крохотной ванной сбоку, гостиная и кухонный уголок, и большое окно с видом на озеро. Пара шкафчиков, книжные полки, платяной шкаф — и не слишком много места для лишних вещей.
Хэлли молчала, обходя домик. Ее пальцы коснулись покрывала на кровати — его сшила моя бабушка. Взгляд прошелся по каждому сантиметру, остановился на окне.
— Это идеально, — прошептала она.
В глазах блеснули несдержанные слезы.
Трепет в ее голосе и эмоции на лице были сильнее, чем я мог вынести. И толкнули меня на безрассудный шаг.
— Ты хочешь эту работу?
6
ХЭЛЛИ
Мой живот выдал целую серию акробатических трюков, пока я застегивала свой чемодан. Сняв его с кровати, я поставила его у двери. Живот снова нырнул и перекатился.
— Это новое начало, — прошептала я стенам.