Хэлли провела языком по губам:
— Все.
Я нахмурился.
— Любое новое. Незнакомое. Это тяжело. Но это не значит, что я не хочу. Мне просто нужно сначала прокрутить все в голове.
— Прокрутить в голове? — уточнил я.
Она кивнула:
— Прием, которому меня научил терапевт. Если представить заранее, что собираюсь делать, подумать о вариантах развития — помогает. Звучит, наверное, как будто я ненормальная.
— Нет, — возразил я. — Это звучит так, будто ты умная. Ты нашла способ жить, даже после того, что с тобой случилось. После того, что тебя изменило. Это чертовски умно.
Хэлли какое-то время смотрела прямо на меня:
— Спасибо.
— У каждого из нас есть шрамы. То, что мы считаем нашей слабостью. Но чаще всего именно в них наша сила.
Ее глаза блеснули, пронзая меня взглядом:
— Мне нравится думать об этом так.
— Мне тоже. А теперь давай сделаем пробный прогон того, что сейчас произойдет.
Краешек ее губ приподнялся:
— Серьезно?
— Серьезно. Внедорожник уже заказан. Документы должны быть готовы, я отправил все, что им нужно. Мы зайдем, продавец попытается нас обаять, я подпишу бумаги, осмотрю машину и поедем дальше.
Хэлли выдохнула, рассматривая здание. Я видел, как взгляд отмечает выходы — она прокладывала маршруты.
— Я буду с тобой все время.
Ее стальной взгляд вернулся ко мне:
— Поехали.
Я кивнул, и мы оба выбрались из машины. Когда подошли к дверям автосалона, меня странно потянуло взять ее за руку. Провести большим пальцем по ее костяшкам, чтобы успокоить. Я сказал себе, что это потому, что я был тем, кто нашел ее тогда. Тем, кто видел последствия того ужаса. Только поэтому.
Я распахнул дверь, придерживая ее для Хэлли, и она осторожно вошла внутрь. Я шагнул следом, чтобы она чувствовала, что я рядом.
Через несколько секунд к нам стремительно приближался мужчина с неестественно белой улыбкой.
— Полагаю, вы Лоусон Хартли.
Форма полицейского, наверное, выдала меня сразу.
— Да. Чип?
Он кивнул, протягивая руку. В то же мгновение его взгляд соскользнул вправо и пробежал по Хэлли.
— А кто у нас эта прекрасная леди?
Черт. Последнее, что нужно Хэлли, — какое-то скользкое чудо в пиджаке.
Чип протянул ей руку, но она лишь кивнула:
— Хэлли.
Я шагнул вперед, перекрыв ей путь от Чипа:
— Давайте перейдем к документам. У меня не так много времени до смены.
— Конечно, конечно. — Чип жестом пригласил нас за собой.
Я придвинулся ближе к Хэлли, пока он шел впереди:
— Все нормально?
Она прикусила губу, но кивнула:
— Мужчины меня немного тревожат.
Это было логично. Ее сильнее любого ранил мужчина. После такого взгляд на весь пол меняется.
— Я никогда не видела его лица, — прошептала она. — И каждый раз, когда встречаю мужчину, думаю: а вдруг это он.
Меня будто ударило. Внутри все скрутило.
— Но со мной ты такой не была. На собеседовании.
Хэлли подняла на меня свой завораживающий взгляд:
— Ты другой. Ты меня спас.
10
ХЭЛЛИ
Мои пальцы едва касались кожаного руля огромного внедорожника. Все в этой машине казалось роскошным. Экран на панели с восемьюдесятью двумя миллионами кнопок. Простор. Отделка.
Не то чтобы я никогда не сидела в хорошей машине: родители ездят на БМВ и Порше. Просто прошло много времени. Годы. И сам факт, что я могу повредить дорогую машину, на которую Лоусон только что потратил свои честно заработанные деньги, сводил меня с ума.
— Откуда такой взгляд? — спросил он, разглядывая меня со своего места.
— А если я поврежу твою машину?
Он расхохотался.
— Хэлли. Не переживай ты за эту чертову тачку. Разобьешь — куплю другую.
Я нахмурилась.
— Вот так просто?
Он развернулся ко мне полностью.
— У меня нет проблем с деньгами. Папа продал свою компанию, когда я учился в старших классах. Нам хватит на всю жизнь. Я не собираюсь сорить деньгами или чудить, но это значит, что из-за машины я волноваться не должен.
Каждая деталь, которую я узнаю о Лоусоне, только подогревает интерес. В нем — странная смесь всего, чему я не могу подобрать имя. Сильный, но мягкий. Защитник, который все же дает людям искать свой путь. Сдержанный, но легко смеется.
— Ты ведь можешь не работать? — уточняю я.
— Да, — спокойно признает он.
— Тогда зачем?
Родители всегда держали над Эмерсон и мной наши трастовые фонды, как приманку. Пытались ими управлять. И долгое время у них получалось. Не из-за денег. Я боялась их потерять. Пока не поняла, что сама от этого ломаюсь.