Лоусон провел большим пальцем по колену.
— Я люблю свою работу. Мне нравится помогать людям, стараться держать их в безопасности и делать город лучше.
Глаза защипало. Он — из тех редких людей, кто помогает просто потому, что может.
— Ты и правда это делаешь. Все это.
Я знала, потому что он сделал это для меня. Маяк доброты в самую темную ночь.
Его взгляд смягчился, став таким нежным, что у меня перевернулось внутри.
— Спасибо. Я стараюсь. Не всегда получается, но я никогда не перестану.
— Больше от нас и не требуется. — Я усвоила это через боль. Когда перестаешь стараться, перестаешь жить.
Телефон у него коротко звякнул, и Лоусон достал его.
— Мне нужно заехать на участок. Сможешь доехать домой?
Я сжала руль и кивнула.
— Да.
Голос не дрогнул, и я порадовалась этому. Я не хотела, чтобы Лоусон понял, как мне страшно.
Он потянулся, будто хотел сжать мое плечо, но передумал.
Его пауза полоснула по мне ножом. Он отступил из-за моих слов о том, что мужчины меня пугают. Я понимала: это нелогично, не все мужчины чудовища, но разум не успевает за воспоминаниями.
Каждый раз, когда я встречала мужчину, часть меня спрашивала: вдруг это он? Тот, кто держал меня тридцать три дня? Тот, кто изрезал мое тело этими причудливыми шрамами?
Даже в салоне автосалона я увидела придурка Чипа в черном балаклаве — наклоняется ко мне, готов причинить боль. Даже если телосложение или голос не совпадали, я все равно видела в них его.
Но не в Лоусоне. Он — первый мужчина вне семьи, рядом с которым мне спокойно после того, что случилось. Даже в больнице мне заменили всю бригаду на женскую. Наверное, поэтому его осторожность так ранила. Но я и его не винила.
Лоусон опустил руку.
— Телефон будет при мне. Звони в любой момент. Мне несложно. Знаю, что забирать детей из школы для тебя пока новое дело.
Черт.
Он беспокоился, сумею ли я сделать свою работу. Я его понимала, но все равно было неприятно.
— Я уже побывала во всех трех школах, так что справлюсь. — Я постаралась говорить как можно бодрее.
Он кивнул.
— Хорошо. Но если что — я рядом, один звонок.
— Спасибо. За все. — Эти шесть букв не покрывали и сотой доли того, что я хотела сказать о нем. Но пока пришлось ограничиться ими.
Он задержался на секунду, будто собирался что-то добавить, но только открыл дверцу и вышел. Я смотрела, как он садится в служебную машину, лишь бы он не стал ждать, пока я выеду. Последнее, что мне нужно, — зрители.
Когда его стоп-сигналы засветились и машина выехала, из меня вырвался долгий выдох. Я повернулась обратно к внедорожнику. Разжала пальцы, отпуская руль, и провела ладонью по коже.
— Мы с тобой подружимся. Я буду говорить с тобой только ласково, а ты, пожалуйста, не вышвырни меня в кювет.
Терапевт когда-то сказала, что если говорить с растением добрыми словами, оно растет быстрее и здоровее, чем то, которое унижают. Она приводила это как пример того, что делала со мной мама, но, думаю, тут принцип тоже сработает.
Внедорожник, разумеется, промолчал.
— Кажется, тебе нужно имя. Но, наверное, это стоит оставить Чарли. Он в этом хорош.
Машина снова не ответила.
Я нажала на тормоз и кнопку запуска. Двигатель мягко загудел, вибрация прошла по всему телу.
— Ты справишься. — Я ввела в навигацию адрес магазина в Сидар-Ридж и снова вцепилась в руль, глядя вперед, сквозь лобовое стекло. — Просто сделай один следующий шаг.
К тому моменту, как я въехала в очередь за начальной школой, у меня было чувство, будто я прошла один из тех безумных тренировочных лагерей, которые рекламируют по ночам. Неудивительно, что Лоусону требовалась помощь.
Я вела новенький внедорожник до Сидар-Ридж, как бабушка. Когда наконец припарковалась у магазина и разжала руки, пальцы ныло от того, как отчаянно я вцепилась в руль. Но я уже начинала к нему привыкать. Я не чувствовала себя полностью уверенно, но было лучше.
Я набросала план питания на неделю, сомневаясь в каждом пункте, потом закупилась. Вернувшись домой, я облегченно выдохнула — впервые за весь день осталась по-настоящему одна. Разобрала продукты и запустила стирку. Мне казалось, я никогда не видела столько одежды.
Пока я справилась с шестью загрузками и не опоздала за детьми, я вычистила кухню и разобрала кладовую. Я еще и убрала в ванных и привела в порядок гостиную. Нужно будет уточнить у Лоусона, стоит ли приводить в порядок и спальни, но мне не хотелось переходить границы.