Я плюхнулась на огромный диван, мягкий, как облако, и достала телефон. От Лоусона по-прежнему ни слова. Зато было сообщение от Эмерсон.
Эмерсон: Как идут дела? Ты что-то пропала.
В подтексте читалось совсем другое. Ты не уходишь в пике?
Я быстро набрала ответ.
Я: Все хорошо. Просто очень много дел. Оказывается, ухаживать за тремя мальчишками — задачка еще та. Кто бы мог подумать?
Эмерсон: Вот почему мы с Адрианом, кажется, так и останемся с одним.
Я: Не знаю. Эти трое такие милые, когда играют в «Сорри!».
Эмерсон: Ты всегда надирала мне зад в «Сорри!».
Я: Не волнуйся, с малышами я была помягче.
Эмерсон: Звучишь бодро.
Я замолчала, прежде чем ответить. Не то чтобы с момента моего приезда в Сидар Ридж все было легко. Но точно было хорошо. И, наверное, в этом и заключалась истина: трудное и прекрасное вполне могут идти рядом. Иногда тяжелое только помогает разглядеть хорошее.
Я: Да. Правда хорошо.
Эмерсон: Ты этого заслуживаешь больше всех. Люблю тебя, Хэлли.
Глаза защипало, грудь будто треснула от силы любви к брату — тому, кто всегда был рядом. Всегда.
Я: У меня нет слов, Эм. Люблю тебя сильнее, чем любила надирать тебе зад в «Сорри!».
Эмерсон: Месть будет.
Я рассмеялась и стянула ботинки. Свернувшись на диване, я открыла приложение для чтения и снова нырнула в мир падших ангелов. Но вскоре веки отяжелели, и я провалилась в сон.
Чья-то ладонь легла мне на плечо, мягко встряхивая.
— Хэлли.
Голос был низкий, немного хриплый, словно сиплый от песка, и почему-то мне хотелось оказаться ближе.
— Ммм?
Я моргнула, пытаясь привыкнуть к мягкому свету в гостиной. Лицо Лоусона заполнило все поле зрения — небритая линия челюсти, пронзительные голубые глаза. Я резко выпрямилась.
— Ты в порядке?
Его полные губы тронула улыбка.
— Чувствительность в пальцы ног возвращается, но я живой.
— Как прошло?
След тени улыбки исчез с его лица. Он опустился рядом на диван.
— Мы ее не нашли. Завтра соберемся снова, когда рассветет.
Свет будет не раньше семи утра.
— Она продержится? На улице минус.
Лоусон посмотрел на свои руки, потом снова на меня.
— Если нашла укрытие, у нее есть шанс. Подруга, что приехала с ней, говорит, она всегда берет с собой аварийный набор.
— Почему подруга не пошла с ней?
Лоусон провел пальцами по шву подушки.
— Не фанатка походов. Одна пошла в горы с утра, другая отправилась гулять по городу. Потом собирались встретиться на обед и спа.
В груди защемило.
— Это ведь должна была быть веселая поездка.
Лоусон кивнул.
— Думаешь, вы ее найдете?
Он посмотрел прямо в глаза, не отводя взгляда.
— Мы будем искать столько, сколько сможем.
Я знала: меня искали куда дольше, чем положено. Родители сделали пожертвования, просили об одолжениях. Первичный поиск длился больше недели. Потом каждые несколько дней отправляли людей прочесывать разные участки леса, где я могла оказаться.
— Но обычно вам не дают искать долго, — тихо сказала я.
Взгляд Лоусона смягчился.
— Ресурсы ограничены. Но Холт делает все, чтобы дать нам шанс.
— Холт?
— Мой брат. Он руководит поисково-спасательной службой в округе.
— Хорошо, что он старается помочь, — сказала я, разрывая наш взгляд.
Я не могла перестать думать о той женщине. О том, как она одна. Напугана. Продрогла. Нашла ли укрытие? Спряталась ли от холода и зверей? Или ее уже нет?
Чьи-то сильные пальцы сплелись с моими, словно создавая теплую ткань утешения — и чего-то большего.
— Хэлли.
Я смотрела на наши сцепленные руки — на чудо простого прикосновения. На близость, от которой я не уходила в панику.
— Посмотри на меня.
В этом приказе было и мягкость, и сила.
Голова поднялась сама собой, словно по воле извне.
В голубых глазах Лоусона бурлил вихрь эмоций — слишком много, меняющихся так быстро, что я не успевала их уловить.
— Оставайся в настоящем, — сказал он.
— Ей страшно и одиноко.
Мышца под его глазом дернулась.
— И это напоминает тебе, как страшно и одиноко было тебе.
— Никто не должен так себя чувствовать. Никто, — прошептала я.
Он крепче сжал мои пальцы.
— Но ты ведь сейчас не одна, правда?
Я снова встретилась с глубиной его взгляда, в котором качались эмоции, как волны.
— Нет. Не одна.
16
ЛОУСОН
Шаги раздались за моей спиной, и солнечный свет полосами падал через кухонное окно. Я поднял взгляд и увидел Дрю, который смотрел на меня так, будто подозревал неладное.