Хозяйка улыбнулась:
— Она тебя любит.
Дрю улыбнулся в ответ:
— Классная девчонка. Она наполовину хаски?
Женщина кивнула:
— Хороший глаз. Нам кажется, она хаски, смешанная с овчаркой.
Чарли тоже потянулся погладить собаку:
— Она такая красивая. Мы хотим собаку, но папа все говорит «нет».
Взгляд женщины смягчился:
— Это большая ответственность.
Я благодарно ей улыбнулась. Понятия не имела, обсуждалась ли собака вообще, и совсем не хотела давать мальчишкам ложную надежду.
Дрю выпрямился:
— Спасибо, что дали нам ее погладить.
— Всегда пожалуйста, — сказала женщина и пошла дальше.
Дрю вздохнул:
— Собака точно подняла бы мне рейтинг у…
— Даже не произноси, — проворчал Люк, распахивая дверь в ресторан и придерживая ее для нас. Мы вошли внутрь.
Dockside был теплым и уютным — стойка справа, кабинки вдоль левой стены, впереди окна. Столики стояли в центре. Народа было примерно треть от зала — не время еды.
К нам подошла женщина с теплой улыбкой:
— Ну надо же, какие три самых красивых лица.
Дрю расплылся в самой обворожительной улыбке:
— Соскучился по вам, мисс Джини. Сегодня вы просто ослепительны.
Она покачала головой и отмахнулась:
— Балда.
Повернулась ко мне:
— А ты, должно быть, новая няня. Хэлли, верно?
Я невольно поежилась. Было странно, что люди явно обсуждают меня. Маленький город, напомнила я себе. В маленьком городе все интересуются тем, кто работает у начальника полиции.
Я изобразила улыбку:
— Да, это я.
Чарли снова взял меня за руку и болтанул:
— Она самая лучшая.
Джини рассмеялась:
— Ну вам повезло. — Она глянула на меня. — Я Джини. Старожила Dockside. Нужны рекомендации по меню или заказы на вынос — обращайся.
Ее искреннее тепло немного приглушило мою неловкость.
— Спасибо. Очень трогательно.
— Пойдемте. У меня есть идеальная кабинка для вас.
Она провела нас к столику у окон. Вид на замерзшее озеро и горы был величественным.
Я не смогла отвести взгляд. Ничего подобного не бывает. Район, где у моей семьи был дом для отдыха, открывал другой вид, но не менее завораживающий. Это всегда меня успокаивало, возвращало равновесие. Я скучала по этому ощущению, как по утраченной части тела, когда родители продали дом после того случая.
Но они всегда так делали. Стирали все, что хоть чуть-чуть резало глаз. Они никогда не говорили о моем похищении и пытках. Делали вид, что ничего не было. Если я надевала что-то с короткими рукавами и были видны шрамы, мама просила переодеться. Не грубо. Но так, что становилось ясно: она не может выдержать правду.
Я не винила ее, но каждый раз внутри будто что-то умирало. Эмерсон видел, как я таю, превращаюсь в тень. Он делал все, чтобы помочь, и в конце концов настоял, чтобы я пожила у него с Адрианом. И тогда все изменилось.
— Могу принести вам напитки, пока выбираете меню? — спросила Джини, выдернув меня из мыслей.
— Ширли Темпл, пожалуйста! А потом молочный коктейль! — радостно выкрикнул Чарли, устраиваясь в кабинке.
— Кола, — сказал Люк.
Дрю одарил ее еще одной своей фирменной улыбкой:
— Может, сделаете для меня вишневую колу и коктейль?
Джини тихонько хмыкнула:
— Для тебя? Что угодно.
Потом она повернулась ко мне.
— Возьми вишневую колу, — подтолкнул Дрю. — Джини делает ее с вишневым сиропом.
— Если честно, у меня она выходит отменная, — подмигнула Джини.
— Как я могу отказаться? — улыбнулась я.
Джини всплеснула руками и ушла:
— Сейчас принесу.
Мальчишки принялись рассказывать о своих любимых блюдах — от горячего бутерброда с сыром до бургера. Я выбрала куриные стрипсы, любимые у Дрю. Мы ели и смеялись, и это было так приятно. Обычная жизнь. Нормальность.
Щеки внезапно запекло, кожа стянулась, словно стала на размер меньше. Неоспоримые признаки: на меня кто-то смотрел.
Я сглотнула и огляделась. Взгляд наткнулся на мужчину, сидевшего в одиночестве. Того самого, в которого я чуть не врезалась у мотеля. С щетинистой бородой и нервными глазами. Теперь эти глаза были прикованы ко мне.
Пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Я снова и снова шептала себе успокаивающие фразы. Я в безопасности. Вокруг люди.
Мне бы уже привыкнуть к взглядам. К пристальному интересу. Мое лицо было на первых полосах газет и новостей. Прошло пять лет, но каждый год, в годовщину, выходила новая волна передач и статей. Наверняка он видел выпуск «Не раскрыто» или читал криминальный блог.