— Я скучаю по тому мужчине, который верит, что я могу все. Что я достаточно сильная, чтобы справиться с чем угодно.
Лоусон поднял голову.
— Я никогда в этом не сомневался. Но то, что ты можешь, не значит, что ты обязана.
— Справедливо. Но мне не нравится, когда меня отстраняют. Особенно когда скрывают то, что касается меня.
Он наклонился, прижимаясь лбом к моему.
— Понимаю.
— Если вы сейчас начнете целоваться, я уйду обратно в домик, — пробормотал Энсон.
— Заткнись, придурок, — отрезал Лоусон.
На лице Энсона не мелькнуло и тени улыбки, но что-то подсказывало: ему хотелось. Просто он давно разучился. Его цепкий взгляд скользнул ко мне, пронзительный.
— Хочешь помочь?
Я выпрямилась.
— Да.
— Я не знаю…
Я оборвала Лоусона взглядом.
— Ладно, она помогает, — тут же сказал Лоусон.
Энсон фыркнул.
— Мы составляем профиль по текущим убийствам, а потом сравним его с профилем убийств пятилетней давности.
Я сцепила пальцы под столом.
— Рид Холл или Лен Келлер подходят под этот профиль?
Это был вопрос, который я до сих пор боялась задать, но он разъедал меня изнутри. Лен Келлер все еще числился пропавшим. С тех пор как он вышел из больницы, его никто не видел. А Рид затаился. Он шумел насчет иска против Лоусона за нападение и против департамента за незаконное увольнение, но адвокат Лоусона считал это пустыми угрозами.
Энсон откинулся на спинку стула.
— По возрасту подходят: от тридцати до сорока пяти, хотя Келлер на границе диапазона.
— Ты говоришь без уверенности, — заметила я.
— Потому что ее нет. Холл слишком хаотичный. Ленивый. А Келлер, по-моему, недостаточно психически устойчив. Но они могут прикрывать. Чтобы быть уверенным, мне нужно их допросить.
Я помолчала.
— Ты почти звучишь так, будто уважаешь того, кто это делает.
Мышца на челюсти Энсона бешено дернулась.
— Не уважение. Понимание. Это разные вещи.
Раздался тявк, и Тор влетел в кабинет. Я подхватила его и прижала к груди.
— Как ты снова выбрался из вольера?
Лоусон ухмыльнулся.
— Надо было назвать его Гудини.
— Надо было. Надеюсь, он нигде не оставил нам «подарок».
Он поморщился.
— Я проверю.
Я взглянула на часы на стене.
— Черт. Мне пора бежать.
Лоусон напрягся.
— Куда?
— У Тора запись на прививки, — напомнила я.
Он кивнул и поднялся.
— Я отвезу.
— Не обязательно. Я туда и обратно.
Выражение его лица стало жестким.
— Никуда одна. Пожалуйста, Хэлли. Мне нужно знать, что ты в безопасности.
У меня сжалось сердце от страха в его голосе.
— Он прав, — сказал Энсон, тоже вставая. — Ходить одной по делам не стоит того, чтобы из-за этого погибнуть.
Лоусон бросил на него убийственный взгляд, но Энсон его проигнорировал.
— Можем поработать с файлами в машине, пока Хэлли будет возиться с щенком.
Лоусон что-то пробурчал себе под нос, но Энсон уже направлялся к двери.
Я развернулась и уткнулась Лоусону в грудь.
— Прости, что я была колючей.
Он обнял меня и поцеловал в макушку.
— А я прости, что вел себя как навязчивый ублюдок.
— Ублюдок — это, пожалуй, слишком. Но спасибо, что пустил меня внутрь.
Губы Лоусона скользнули по моему виску.
— Я никогда не смогу держать тебя на расстоянии. Ты во мне, Хэлли. Въелась до самых костей. И я не хотел бы иначе.
— Люблю тебя, Блю.
— Я тоже тебя люблю.
Он мягко развернул меня к двери.
— Поехали, сделаем щенку прививки.
По дороге в город было тихо. Я невольно наблюдала за Энсоном, пока он просматривал папку на коленях. За тем, как его глаза быстро скользят по напечатанным строкам. С каждой минутой, проведенной над этими материалами, он будто темнел. И все равно оставался. Ради Лоусона.
Лоусон припарковался прямо у входа.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я зашел с тобой?
— Все будет хорошо. Правда, Тор?
Тор тявкнул и хлопнул лапой мне по щеке.
Я рассмеялась.
— Это у него «да». Мы ненадолго.
Выбираясь из внедорожника, я подняла взгляд. С неба падали крупные хлопья снега. Какая разница с тем, что было всего несколько дней назад. Меня передернуло, и я поспешила к двери ветклиники. Первый снег всегда выбивал меня из колеи. Слишком много воспоминаний. И хотя я знала, что в Сидар-Ридж снег уже был раньше в этом году, в Чикаго его еще не выпадало.
Хлопнула дверь, и я обернулась. Лоусон шагал ко мне. Прежде чем я успела что-то сказать, он обнял нас с Тором и поцеловал меня долго и глубоко. Внизу живота снова затрепетало — верный признак нарастающего жара.