Он опустил взгляд, сжал пальцы, потом снова посмотрел на нее.
– Ты мне нравишься.
– Чего?..
– С самой первой нашей встречи. И… чем больше ты делала странных, нелепых вещей, тем сильнее меня к тебе тянуло. Когда назвала старуху сорняком. Когда спокойно шагала по крыше часовни. Когда на площади с одного взгляда поняла, как убит медведь. Когда ударила меня молотком по пальцу. И даже сегодня, когда ты полезла в огонь, как безумная.
Он усмехнулся – неловко и почти виновато.
– Ты мне нравишься, – повторил он. – И это уже не отменить. Морая… Я хочу слышать твой голос каждый день. Хочу держать тебя за руку. И быть рядом, где бы ты ни оказалась… даже если это место – на краю пропасти или в самом сердце огня.
Он осторожно взял ее за руку. Ладонь у него была теплая и чуть шершавая.
– Поэтому я хочу узнать тебя. Понять, кто ты и откуда? О чем ты думаешь, когда смотришь на горы. Что тебе нравится, а что пугает…
Морая смотрела на него несколько долгих секунд. Лицо ее было непроницаемой маской, и лишь в глубине зрачков мерцало далекое отражение звезд. А потом она улыбнулась.
– Любопытный способ выведать правду, – сказала она наконец. – Сначала ошеломить противника, лишить его опоры… а потом без единого удара заставить говорить. Я тебя недооценила.
Эдар растерянно моргнул.
– Что?.. Нет, – он покачал головой. – Ты все не так поняла. Я вовсе не…
– Можешь пытать меня сколько угодно, – перебила его Морая. – Но даже под пытками я ничего тебе не скажу.
Она демонстративно высвободила руку из его ладони, развернулась и пошла к часовне, не оглядываясь. Ночная дорога тихо зашуршала под ее шагами, а лунный свет скользнул по ее плечам, оставляя Эдара стоять посреди дороги с тяжелым чувством в груди и пустой рукой.
Глава: 10
Солнце стояло уже высоко, бледным диском в молочном небе, но холод не отступал. Он висел в неподвижном воздухе, смешиваясь с густой пеленой тумана, что тянулась из леса безжизненной серой дымкой.
Морая работала.
На грубом столе из плах лежал кабан. Шкура была уже снята и отложена в сторону. Она разделывала тушу: нож шел уверенно, движения были точными, почти без усилия. Кровь стекала на землю и сразу темнела в холоде. Пахло свежими потрохами и сырой землей.
Лиор сидел на своем пне у стены часовни. Слепые глаза были закрыты, морщинистое лицо опущено, руки прижаты к плечам.
Морая мельком посмотрела в его сторону.
– Напрасно ты отказался от шкуры, – сказала она. – Зима будет холодной. А у тебя… одно старое одеяло. И то воняет черт знает чем.
Лиор никак не отреагировал.
– Что произошло ночью, – спросил он хрипло. – Запах дыма стоял такой, что и до меня добрался.
– Сенник загорелся.
– Потушили?
– Потушили.
Лиор кивнул, помолчал немного, затем спросил так же ровно:
– Кто-нибудь пострадал?
– Пара коров. Задохнулись в дыму.
Он снова кивнул. Несколько мгновений молчал, потом задал следующий вопрос:
– Ты использовала магию?
Лезвие вошло в плоть. Морая повела нож вдоль кости, затем коротким движением перерезала сухожилия. Те поддались с глухим щелчком. Отделив кусок темно-красного мяса, она положила его в миску и подняла взгляд на старика.
– Пришлось, – сказала она. – Но не переживай. Никто этого не видел. Вся слава досталась стражу. Он потушил огонь. Он вывел скот. Он спас меня. Для всех он – герой этой ночи.
Лиор слегка нахмурился.
– У стража есть имя. Эдар. Советую тебе его запомнить.
Морая фыркнула.
– Зачем мне забивать голову такими глупостями?
– Бедный мальчик… – пробормотал Лиор себе под нос.
Морая уже хотела продолжить работу, но рука с ножом замерла над мясом. Она медленно подняла голову. Ее взгляд – острый и безэмоциональный – скользнул по опушке леса, по черным елям, по пустому небу.
– Что-то не так, – сказала она.
Лиор слегка повернул голову.
– Слишком тихо, – согласился он.
Морая вытерла руки о ткань и отложила нож.
Тишина продержалась еще несколько мгновений, а затем на дороге послышалось движение. Туман расступился, и из него начали выходить фигуры: мужчины, женщины, старики и подростки. В руках у них были вилы, топоры, палки. Кто-то держал камни. Лица были серые, злые, настороженные.