— Значит, я должен поверить, что ты позволишь мне уйти после того, как с моей помощью наладишь здесь выплавку металла? — спросил он. — Я вижу, ты не менее хитроумен, чем этот подлец Ришнар. Разве ты отпустишь кого-то, способного выдать врагу местоположение рудника?
Орог счел подобное сравнение комплиментом.
— Уйти — не позволю, — честно признался он. — Но могу обеспечить существование куда приятнее жизни в яме… или на цепи. Даю тебе слово. К тому же, тайны со временем становятся всеобщим достоянием. Эльфийская жизнь длинна, и ты наверняка доживешь до момента, когда сокрытие рудника потеряет смысл. Тогда у меня не будет причин удерживать тебя.
— Другого выбора все равно нет, — покорно вздохнул эльф, убирая гребень.
«Любой из наших воинов рассмеялся бы и плюнул в лицо на такое предложение», — подумал Орог, но вслух ничего не сказал. Эльвидар оказался третьим эльфом, с которым ему пришлось общаться. И, в отличие от первых двух, он совершенно не вызывал к себе симпатий.
Шум водопада, многократно усиленный эхом пещеры, начал заглушать звуки задолго до того, как смутное пятно розоватого света показалось впереди. Орог, для которого этот грохот был мучительно громким, бросил взгляд на эльфа и увидел, чтот тот просто корчится от боли, зажав уши руками.
Наконец, они выбрались на узкую площадку над залом. Тоннель перестал усиливать звук, и переносить шум стало легче.
Орог уже видел раньше величественную картину гномьей архитектуры, но она все так же поражала его своим масштабом. Эльф замер в полном восхищении, забыв на некоторое время о том, как и для чего оказался в этом зале.
— Алангор был прав, что так хотел сюда попасть, — прошептал он. — Какая бесподобная красота!
Грандиозное зрелище оказалось стимулом, до самого дна всколыхнувшим его истерзанную страхом душу. Как в тот момент, когда невиданный порыв заставил его выдать тайну Ришнара и Барги, что-то внутри сжалось и сказало «сейчас».
Огромный урук-хай, порождение ночного кошмара, великан с могучими мышцами и хвостом черных волос на затылке, жестами показывал, что надо спускаться вниз. Его желтые глаза светились зловещим огнем, а безобразные клыки сверкали в кровожадной усмешке.
Что значит обещание, данное орку?
Впервые в жизни Эльвидар почувствовал признательность учителю фехтования, которого, до встречи с орками, считал страшнейшим извергом, какого могла послать судьба. Но только благодаря настойчивости и жесткости учителя, сейчас он не задумывался, что и как делать. Обычно Эльвидару не хватало смелости, чтобы как следует применить на практике полученные уроки. Но сейчас невиданный душевный порыв смел все барьеры. Тренированное тело привычно расслабилось и устремилось вперед упругой лозой, способной поспорить силой удара с копытами рыцарского коня.
Мгновением раньше эльф скинул с пояса веревку, узлы на которой ослабил еще во время отдыха. А глупый орк, наверное, вовсю потешался над «длинноухим», не способным прожить и дня без заботы о внешности.
Урук-хай понял все. Только увернуться он уже не успевал. Даже отклонить корпус, чтобы принять удар по касательной.
В грохоте и шуме водопада нельзя было услышать плеск, с которым тяжелая туша шлепнулась в реку.
Эльвидар приземлился на бок у самой кромки воды и быстро откатился в сторону.
Несколько мгновений орк пытался удержаться, схватившись за острый камень на краю пропасти, но течение оказалось сильнее. Страшные когти отчаянно царапнули по мокрой скале и исчезли в облаке водяной пены.
Эльф успел взглянуть вниз как раз вовремя, чтобы увидеть, как лопасти потрепанного водяного колеса выносят упавшее тело. Бурлящий поток создавал иллюзию того, что орк еще шевелится — а может, это и правда было так. Но когда темное пятно снова показалось ниже по течению, враг уже выглядел совершенно безжизненным.
ГЛАВА 10
Шенгар был искренне польщен масштабом явившейся делегации. Не считая Нириэль, целых пять эльфов выстроились напротив решетки. При том, что разговаривать из всей компании собирался только один, остальных можно было считать охраной.
Он послал лучезарную улыбку давнему знакомому с фингалом. Эльф поспешил отвернуться, но острые края ушей — Шенгар видел это совершенно точно — приобрели ярко-малиновый оттенок.
Еще один ушастый показался ему знакомым. По мечу, висящему на поясе справа можно было решить, что длинноухий — левша. Но охотник знал настоящую причину: брошенный им нож пропорол эльфу правое плечо, и тот оказался вынужден пользоваться другой рукой.