Казалось, что воздух между ними состоит из кипящей воды. Внезапно стало понятно, что у них было два пути. Первый вел из тюрьмы. Второй вел к ссоре, которая как течение оттолкнуло бы их друг от друга, пока они окончательно не потерялись.
Саммер колебалась. Может это был обман, отражение лунного света в его глазах. Но в его взгляде было что-то, что задевало ее как искра. Выражение, которое изобличало его враждебность. И Саммер забыла о своем гневе и выбрала третий путь.
Опустив фонарик на пол, она подошла к нему, и осторожно, чтобы не задеть рану, обняла его.
— Не кричи на меня, просто выслушай. Я видела нас во сне. Я помню. Это не было ложью. Я действительно любила тебя.
Было странно не чувствовать сердцебиения, и все же она почувствовала, что в нем что-то поменялось. Он с трудом сглотнул, и ненависть, которая только что вибрировала в нем, сменилась чем-то другим, что она не могла назвать. Ей так хотелось, чтобы и он обнял ее, однако он просто стоял и не двигался.
— Почему я должен тебе верить? — спросил он хриплым голосом.
— Потому что это правда! — ответила она, слегка рассердившись. — Я забыла, но всегда искала твои поцелуи, искала тебя!
— Ты уверена, что это был я?
— Ну, а кто же еще? — возмущенно выкрикнула она.
— Мужчина, в чьих объятиях ты лежала.
— Это были твои руки! Я уверена, что ты был тем, кого я любила. Я была счастлива с тобой!
«И так стремилась владеть тобой, что хотела забрать себе твое сердце».
Она закрыла глаза, продолжая удерживать его, как будто хотела не дать ему броситься в пропасть.
И вот, когда ее уже покидала смелость, она почувствовала, как его напряжение спало. Осторожно, как будто действительно боясь потерять равновесие и упасть в бесконечно глубокую пропасть, он приобнял ее.
Его рука скользнула к ее затылку. Кожаная перчатка на ее коже, но сегодня ее это не волновало. Напротив. Саммер улыбалась, впитывая тепло его тела, каждый вздох и каждое прикосновение. Она подняла голову и посмотрела в его глаза и снова увидела снег и зимние цветы. Не долго думая, она обхватила его лицо руками, нежно притянула к себе и поцеловала. В этот раз нежно, без той безумной страсти во время их встречи у водопада. И без малейшего страха. Почти не колеблясь, он ответил на ее поцелуй. Она даже не подозревала, каким нежным он мог быть. Его губы были мягкими и теплыми, так что теперь и Саммер потеряла равновесие, но упала не глубоко – теплый поток чувств подхватил ее и унес прочь. Неохотно она все-таки вернулась в реальность.
— Пожалуйста, скажи мне, — прошептала она. — Я должна это знать. Ты... Индиго?
Он долго медлил, после чего сказал:
— Нет.
У нее были небольшие сомнения, но здесь и сейчас она не хотела прислушиваться к ним.
— Тогда как тебя зовут?
Он не улыбался, но когда она посмотрела на его лицо, в его взгляде таилась тоска, окутавшая ее как теплое дыхание.
— Любимый, — тихо сказал он. — Ты называла меня так. Ты, правда, этого не помнишь?
Услышав его имя, Саммер оцепенела. Как будто уловила музыку, еще до того как услышала ее.
— А кто я?
— Шена – пламя. Я называл тебя так из-за твоих волос и, потому что ты была вспыльчивой, гордой и всей душой пылала любовью к жизни.
Он наклонился, чтобы поцеловать ее. Их губы почти соприкоснулись, но в последний момент он замер. По его лицу пробежала хорошо знакомая ей тень. Он резко отпустил ее, отвернулся и твердым голосом сказал:
— Уходи.
Глава 18
Цорва
Первые лучи утренней зари осветили горизонт, когда она вернулась к Зоря и в подавленном настроении стряхнула с платья пыль и остатки грязи из шахты. Любимый. Его имя отзывалось эхом в ее голове, произносилось тысячами голосов – шепотом, нежно, яростно, грустно. Она не помнила ситуации, в которых когда-то произносила его, но зато помнила каждую интонацию. А Шена? С Шеной все было по-другому. Имя Шена было ей незнакомо, как будто она слышала его в первый раз. «Это не то имя, которым он позвал меня к своей постели во время болезни. И он говорит, что не является Индиго. Но могут ли меня обманывать собственные воспоминания?»
Странно, но, несмотря на все сомнения и все что она пережила, Саммер не могла перестать думать о том выражении его глаз. И о том, какие ощущения она испытывала, держа в руках его лицо. «Я... влюбилась? Или это тоже всего лишь воспоминание?» Ее сердце учащенно забилось, когда она подумала о поцелуе, его руках. Нет, это не был поцелуй из настоящего. «И он оттолкнул тебя». Сейчас она ужасно себя чувствовала и хотела только одного: вернуться к Зоря, быть одной из них, окунуться в их созвучие, где не было боли и задетой гордости. Расправив помятую юбку, она побежала.