— Ты дрожишь. Тебе холодно? — спросил он озабоченно. — Я принёс одеяла из каюты.
Она медленно покачала головой.
— Тебе снова что-то приснилось о нём?
Саммер напряглась ещё больше.
— Думаю, да, — ответила она осторожно. — Но я не могу вспомнить, что именно.
— Хорошо, — сказал он улыбаясь. — Здесь ты в безопасности. У тебя ещё есть температура?
Она не должна была вздрагивать, когда он, говоря что—то ещё, потянулся к ней и коснулся её лба. Может быть, это был голод, жажда или истощение, но именно в тот самый момент она снова почувствовала головокружение. Прикосновение ощущалось, словно она вернулась домой, и близость между ними мгновенно возобновилась, как будто кто—то включил свет. И когда он нежно притянул её к себе, она не сопротивлялась. Внезапно весь страх исчез. Когда его губы коснулись её виска, она преодолела совершенно абсурдное желание снова принадлежать Анжею и забыть обо всем.
«Это всё его поцелуи!» — мелькнуло у неё в голове. — «Они одурманивают меня и похищают все мои мысли».
«А твои сны?» — сказал внутренний предостерегающий голос. — «Следи за своими снами! Защищай их тщательно, Саммер».
Она надеялась, что он не заметит, как забилось её сердце, пока она с удвоенной силой боролась с сетью, которая плелась липкими нитями из её мыслей.
Под своей щекой она почувствовала замедляющийся пульс Анжея и вдруг, с болезненной ясностью увидела последние прошедшие недели: словно лунатик она последовала за ним. Безоговорочно, со стремлением кому-то принадлежать. «Идиотка! Ты поверила ему во всем! Во всем!»
— Ты всё ещё злишься на меня? — прошептал он ей на ушко.
— Нет, — ответила она.
«Посмотри на него!» — крикнул голос женщины, которой она была уже так много лет. — «Посмотри, кто он на самом деле!» Она повиновалась и открыла глаза. И узнала что-то совершенно новое и невероятное. Это было совсем не сложно — заглянуть в другую реальность. Прямо перед глазами на ажурной поверхности отражался октябрьский свет луны. Тонкая, сияющая структура была, словно крылья стрекозы. Как будто один художник был вдохновлён создать нечто прекрасное, состоящее из тысячи мерцающих крылышек.
И они окутали Анжея. Нет, ещё лучше, это было частью его. С дрожью она перевела взгляд на маленький участок кожи на его плече, где обнаружила хрупкие стрекозиные чешуйки, сросшиеся с его плотью. От нахлынувшего ужаса у неё перехватило дыхание — это действительно была его кожа. Она выглядела практически прозрачной. Саммер вообразила, что сможет разглядеть кости, скулы под щекой, зубы. «Леди Смерть», — промелькнуло у неё в голове. — «Мои сны намекали не на меня, а на него!»
Она быстро закрыла глаза и изо всех сил боролась с желанием вскочить на ноги и бежать. Вместо этого с каждым вздохом она позволяла своей голове стать тяжелее, будто снова погружаясь в сон. Очень нежно его кончики пальцев пробежались по её лбу, после чего она должна была призвать все свои силы, чтобы оставаться спокойной.
— Ты доверяешь мне, Саммер? — услышала она его шёпот.
Она подавила внезапный прилив гнева, а затем сосредоточилась на том, что когда—то выучила в театральной труппе Морта.
— Да, я доверяю тебе Анжей, — пробормотала она, словно уже находясь на грани сна.
И по тому, как он начал расслабляться, она поняла, что это была лучшая ложь из всех. Она терпеливо ждала, сдавливая веки и выдерживая спокойное дыхание. Прошла, наверное, целая вечность, когда ослабло последнее напряжение в его руках. Она подождала ещё около ста вздохов, пока окончательно не убедилась, что он снова заснул.
Очень осторожно она отстранилась и перекатилась на колени.
Далёкий шум двигателя напугал её так сильно, что она вскочила на ноги. Анжей спал. Она заглянула через край вороньего гнезда. И увидела на горизонте — Север! Побережье являло собой белую полосу, освещённую лунным светом. И между горизонтом и кораблём на якоре стояла удлинённая моторная лодка. И ещё одна маленькая лодка находилась прямо рядом с кораблём.
Саммер в последний раз взглянула на Анжея, схватила матросскую куртку и спустилась вниз.
Ветер сменил направление, и шум больше не доносился до вороньего гнезда. Однако на нижней палубе раздавались голоса. Некоторые матросы разбирались с парусами и в каютах над кормовой частью горели огни. Один матрос держал фонарь над верёвочной лестницей, которая спускалась к воде. Саммер скользнула за один из сундуков, нагнулась и сунула дрожащие руки в карманы куртки. Она удивилась, пальцы нащупали зажигалку. Только теперь она заметила, что куртка была ей слишком велика. В спешке она схватила куртку Анжея вместо своей. И в левом кармане ...