— Я могла бы замерзнуть! — прошипела она.
Он засмеялся, будто девушка действительно сказала очень хорошую шутку.
— Но ведь не замерзла.
Кивком головы он указал на её голые ноги. Беда в том, что мужчина был прав. У любого другого после такой ночи пальцы ног должны были быть уже синего цвета, однако она чувствовала лишь небольшую прохладу. Неожиданно, Саммер была в высшей степени смущена. Забыла ли она, как в последние несколько дней замерзала? «Ощущала ли я вообще когда-либо холод?» Эта мысль испугала её. Однако следующее предположение оказалось гораздо тревожнее: «Была ли я действительно голодна, когда только что съела мясо? Или я сделала это только потому, что люди реагируют подобным образом? Пытаюсь ли я только вести себя как человек?»
Саммер представила перед собой лицо Анжея, и машинально посмотрела на свои руки; как она и ожидала — через прозрачную кожу проглядывались кости. Но всё остальное было по—прежнему. Задумчиво девушка провезла ногу по снегу и наткнулась на карты, которые со вчерашнего дня запорошило снегом. Она подтолкнула их пальцами ног, и они разлетелись перед ней. Что—то крошечное кольнуло её и Саммер вздрогнула. Подняв ногу она ухмыльнулась круглому серебряному изображению с раскосыми глазами. Оно затерялось между карт и было едва ли больше монеты. Кровавый Мужчина пока что не заметил её действий.
Бросив на него быстрый взгляд и убедившись, что всё его внимание направлено на лошадь, она схватила вещицу пальцами ног, подтянула вверх и взяла в руку. Обратная сторона оказалась шершавой, с заострённым концом. Лучше бы это оказалось крепкой проволокой. Вещь была закреплена на лоскуте чёрного материала. Осторожно Саммер сдавила серебряную пластину между пальцами и внимательней рассмотрела её.
После чего девичий пыл стал быстро угасать.
В руке девушка держала серебряную голову кота, служившую украшением счастливой маски Морта. Глаза и усы были до блеска отполированы частыми прикосновениями старого директора театра. Кто—то грубо содрал значок с матерчатой маски. Саммер задержала дыхание. Парень в Анаканде, который сыграл роль Кровавого Мужчины. Это он принёс чёрную маску. Анжей нанял его, чтобы запугать Саммер. И Анжей тот, кто оторвал значок и спрятал в потайном кармане. Осознание этого стало ударом под дых, который вышиб из неё весь воздух. То есть, он был в театре Морта. И забрал с собой маску.
Стук копыта вывел Саммер из задумчивости. Когда её достигла тень Кровавого Мужчины, она быстро сжала голову кота в руке. Пока он нагибался и отвязывал верёвку, девушка слышала скрип кожаного седла и ремня. Пока как она подбирала рассыпавшиеся карты и кожаные ножны, мужчина привязал верёвку к седлу и не глядя на нее, повел лошадь шагом.
— Куда ты меня ведёшь? — крикнула она ему в спину. Ответив, он даже не взглянул через плечо. — Когда ты это увидишь, вспомнишь. И тогда вернешь мне то, что украла — или оплатишь долг.
«Достаточно заплачу я или нет, определишь, конечно же, ты», — в ужасе думала она, вставая и следуя за лошадью босиком по замёрзшей траве. Слова могут запугать, действуя, словно медленный яд или как тянущая боль от удара. Но Саммер поняла, что все слова звучат иначе, когда в твоей руке находится кусочек власти, и пусть даже эта власть размером с металлическую иглу.
Глава 13
Рубцы
В этот день он также ехал верхом, что дало ей возможность сконцентрироваться на проволоке. Согнуть кусок металла на бегу стоило ей сломанного ногтя. Все-таки вторая часть ее задачи – с помощью своих зубов привести это к такому виду, чтобы возник маленький крючок – удалась ей лучше, чем она ожидала. На первом привале она использовала время, когда Кровавый Мужчина поил лошадь в ручье, чтобы продеть проволоку в крошечный замок. Когда она почувствовала, как крючок заскочил, и пружина в механизме замка поддалась под давлением проволоки, и наконец, совсем нажалась, она радостно ликовала. Замок легонько разомкнулся на ее поясе и открылся с легким щелчком. В следующее мгновение оковы на лодыжках ослабли. Саммер вздохнула. Теперь это было уже ощущение свободы. Преодолеть себя и тут же не стряхивать петлю и не бежать от него, а добровольно выносить ещё некоторое время прикосновения каната, стоило ей не малых усилий.
Когда она двигалась дальше, Саммер держала петли каната руками в своем положении, пока рассматривала Кровавого Мужчину. «Ищи по дороге пути побега», — приказывал ей кошачий голос, который уже помогал ей при многих побегах. «Обращай внимание на то, чтобы лошадь не могла следовать за тобой. Лучше иди по воде. Берегись Кровавого Мужчину».