— Не волнуйся, — сказала Бельен. — Мы уже почти на месте.
Конус света фонаря скользил по черной отмели из раковин морских моллюсков и гладкой воде. Мелькающие тела акул бросали тень на каменное дно глубоко под водной поверхностью. Лодка дрейфовала дальше и оказалась в большом зале. Огромном подводном соборе. С потолка свисали сталактиты. Рельефы, которые оставили в скальных стенах приливы и отливы выглядели как искаженные сводчатые окна. Водяные пятка также напоминали лица с запавшими глазами. Странную иллюзию дополняли мокрые бороды из странных водорослей.
— Здесь мы это называем Храм Акул, — тихо сказала Бельен. — До Храма можно добраться только несколько недель в году, и только в короткий промежуток времени, когда вода во время отлива такая же глубокая как сейчас. И для этого нужна особенная плоская лодка.
В этот момент лодка ударилась о деревянный причал, который выступал на середину бассейна. Бельен поднялась.
— Пошли! — сказала она. Саммер схватила ее за руку и пыталась не смотреть на воду. Дюжина акул кружила вокруг лодки и причала. Серые тела, чья грубая кожа скреблась о корпус лодки. Матовые рыбьи глаза, казалось, выжидательно за ними следили.
— Ты видела ребенка? — прошептала она Бельен. — Она стояла на скале.
— Ребенок? Нет, должно быть, это воспоминание, — ответила удивленно Бельен. — Никто не смеет быть здесь. И никто не выживет так близко к храму акул, лазая по скалам. Король, который строил эту цитадель, держал акул, как стаю сторожевых собак. До сегодняшнего дня их кормят и учат сторониться людей. Они приучаются питаться тем, что падает в воду возле крепости. Возможно, мы слишком близко к ним, хотя животные чувствуют приближение смерти и боятся. Так что держись рядом со мной!
Дорога вела через узкую, вырубленную в скале лестницу, которая предлагала пространство только для одного человека, в головокружительной высоте. Сверху купель акул выглядела еще таинственнее. И за следующим скалистым сводом таинственно мерцало что-то золотистое.
— Это... корабль? — отражающееся эхо окружило Саммер со всех сторон.
— Золотой баркас леди Мар, — прошептала Бельен, не оглядываясь.
Потом она выключила фонарь. Передвигаться в темноте было тягостно. Саммер предположила, что они поднялись вверх ступеней на двести или больше. Ее пальцы скользили по округлой кирпичной стене, которая справа от нее поднималась ввысь. Звучный гул генераторов раздавался эхом откуда-то. Ее ноги были настолько тяжелыми, что она была уверена, что в любой момент упадет, но стиснула зубы и на ощупь искала дорогу все выше, как в лихорадке.
Ошеломленная она осталась, не двигаясь, на месте и тяжело дышала. «Я... действительно дома?» Но облегчение не наступало. Да и радость тоже.
— Ну, наконец-то! — сказала седоволосая женщина в маске из черного эбенового дерева. — Проводите ее наверх.
Глава 15
Трибунал
Она не помнила, какими путями ее доставили в центр цитадели. Слишком много рук трогали и несли ее. Слишком много коридоров разветвлялось, слишком много зеркал ослепляло ее. В ее голове эхом повторялся щелкающий звук механического лифта, также ей казалось, что она видела море. И вот девушка снова оказалась в довольно скромно обустроенном зале. Стена по всему периметру здания состояла из своего рода затененного стекла, сквозь которое невозможно было посмотреть наружу. Вместо этого, в нем отражалась темно-серая поверхность. Саммер удалось разглядеть в нем себя – потрепанная фигура в штанах, покрытых засохшей грязью и куртке моряка. Маска из слоновой кости наряду с растрепанными, спутанными волосами была также неуместна как какая-нибудь ценная вещь, валяющаяся среди сорняков и мелких зарослей.
Возможно, раньше зал был алтарем. По крайней мере, пол украшала черно-белая мозаика, представляющая собой святого Стикса. Казалось, серебристые глаза с портрета с укором смотрели на Саммер. Лорды и слуги, находившиеся в помещении, видимо испытывали глубокое уважение по отношению к святыне. Они следили за тем, чтобы не наступать на мозаику. Зоря напротив не проявляли к ней особого уважения. Они голыми ногами стояли на лбу святого, его седых волосах и плечах. Саммер сглотнула, увидев бесчисленные, ничего не выражающие маски. Их было 50, а может и 100. Странным было то, что никто из них не сказал ни слова. «Почему они не приветствуют меня? Почему никто не рад меня видеть?»
Она не услышала шагов, когда толпа разделилась. Люди низко поклонились и только личности в масках остались стоять прямо. Бельен обняла ее за талию и прижала к себе.