Я сжал сложенные вместе ладони между коленей, чтобы немного согреть пальцы, а затем вылил остатки воды в огород и понёс ведро к колодцу.
Бывает, что в поисках влаги лягушки часто прыгают туда, поэтому нужно каждый день просматривать дно на предмет их присутствия, чем мне сейчас и пришлось заниматься.
Будучи младше на несколько лет,я всегда думал, что лягушки, упав туда, живут в одиночестве, не видят мира вокруг и поэтому им очень грустно. Но отец говорил, что все это конечно плохо, но зато они точно знают на сколько высоко небо. Интересно, что он имел ввиду?
Я повернулся назад окинул взглядом нашу территорию. Дом был одноэтажным, как и у всех в нашей деревне, но отличался теплой крыше и чердаком под ней. Мама использовала его как кладовую. Я не знаю, что там находитлось, но было очень интересно. Что-то разглядеть сквозь маленькие окошки не получалось.
Оставшуюся часть территории покрывал практически убранный огород, осень же. Было слегка пустынно. К тому же, серое от туч небо окрашивало все в тусклые цвета. Это нагоняло тоску.
Вздохнув, я решил войти в дом, к еде все еще никто не притронулся. Гас с головой накрылся одеялом и все еще пытался согреться после умывания, а мама что-то толока в ступке.
Закрыв за собой дверь, я сел за стол, который располагался посередине большой комнаты. Вообще-то, единственной комнаты. Кровать стояла с одной стороны, печка с другой. Начав есть овощной суп, я думал о том, чем придется заниматься сегодня.
— Мам, а нам можно сегодня к ручью? — выбираясь из под одеяла, сказал брат.
Лицо матери от этого слегка напряглось.
— Это… не самая хорошая идея. У вас много дел, нужно подготовить все к зиме, — ответила она.
— А если все сделаем? Можно тогда пойдём? — с надеждой в глазах спросил младший.
Мама перевела взгляд на меня, ища, наверное, поддержки. Но…
— Там делов часов на пять, к полудню как раз успеем, — аккуратно сказал я.
Это опасная игра, никогда не понятно как мама отреагирует на такую просьбу. Но если сказать правильным тоном правильные слова, то все должно получится.
— Если закончите, я вам ещё работы найду, не переживайте, — ответила она.
Мы с Гасом одновременно расстроенно выдохнули. Не в этот раз, значит.
Нет, блин, я стараюсь вести себя как взрослый, но почему мы не можем поиграть в свободное время где хочется.
Это просто выбешивает. Настолько, что доесть не вышло. Я отложил ложку и пошёл на улицу, чтобы начать работу и никому не нагрубить.
Начав с уборки сухой травы по всей территории нашего участка, я перешел к укрыванию корней молодых деревьев. А затем начал перекапывать грядки на зиму.
К этому моменту уже вышла мама и начала утеплять дом, где-то промазывая дырки глиной, если они были маленькими, где-то затыкала кроличьими шкурками, если дыры были совсем велики.
Вместе с ней вышел и Гас. Он был слишком мал, для того, чтобы тоже копать, но с разламыванием особо больших кусков земли и с её разрыхлением брат вполне справлялся.
— Все, я не могу! — выдыхая, сказал я, падая на траву спиной.
— А я б ещё смог! — самодовольно прокомментировал Гас.
— Так ты и не делал нифига! — выпалил мой рот, а мозг уже на середине фразы пожалел о сказанном.
— Делал! Земля не сама себя размельчила! Это тоже важно! — с обидой в голосе, повышал голос брат, получив в ответ молчание, он просто скрылся за домом на другой стороне двора.
Пот тёк градом и приходилось жмурить глаза, чтобы их меньше жгло. выровняв дыхание, я встал на ноги и пошёл в сторону, где должен был быть брат.
Влага на моем теле уже заметно подсохла и когда подул ветер, кожа покрылась мурашками и по позвоночнику поплыл озноб.
Обхватив себя руками, я наконец обнаружил Гаса. Он где-то нашёл засохшую и полую ветку, воткнул ее в муравейник и пытался наливать в него воду из ковшика.
— Не жалко тебе их? — обессилено рухнув рядом, спросил я.
Брат старательно делал вид, что не замечает меня.
— Пойдешь к ручью? — Пришлось идти с козырей.
Казалось, это тоже не сработало, но то была лишь иллюзия, по брату было видно, что внутри него борются желание весело провести время и обида.
— Но мама же запретила… — исход внутренней битвы был очевиден.
— Да какая разница? Она не заметит даже, — отмахнулся я.
Гас повернулся и смотрит на меня недоверчивым взглядом.
— Побежали, — подняться снова на ноги было не так просто.
Было немного страшно выходить за калитку, мама могла в любой момент выглянуть в окно или выйти на улицу, но риск стоил того. Чем дальше мы отдалялись от дома, тем сильнее чувствовалась свобода, это заставляло улыбаться.